Институт Философии
Российской Академии Наук




  Основные научные результаты
Главная страница » » Основные научные результаты

Основные научные результаты

В 1968 г. изложил первую логическую теорию абсолютных оценок (логику понятий «хорошо, «безразлично» и «плохо»), которой еще в 20-е гг. первым начинал заниматься Э. Гуссерль. На основе этой логики построил логику утилитарных оценок («А является средством для достижения позитивной ценности В»). В дальнейшем показал, что нормы сводятся к оценкам с помощью определения: «действие обязательно, если и только если ситуация, реализуемая им, позитивно ценна, и хорошо, что воздержание от данного действия ведет к санкции». Тем самым нормативное употребление языка было сведено к  оценочному его употреблению, а логика норм (деонтическая логика) – к логике абсолютных оценок.

 

Разработал более общую, чем в теории речевых актов  Д. Сёрла, теорию употреблений (функций) языка, вернувшись к идее  Л. Витгенштейна, что множество «языковых игр» является неограниченным. К числу основных употреблений языка относятся описания, экспрессивы (выражения чувств) оценки и орективы (внушения чувств и действий). Нормы, декларации (выражения, преобразующие мир человеческих отношений словом), обещания и т.п. являются частными случаями оценок. При этом описания и оценки являются теми двуми полюсами, между которыми располагаются все иные употребления языка, включая нормативное, постулативное, магическое и т.д. Оценки и орективы  относятся к активному употреблению языка, непосредственно связанному не созерцанием реальности, а с человеческой деятельностью. Они, в отличие от описаний и экспрессивов, не имеют истинностного значения и могут быть лишь эффективными или неэффективными. 

 

Ввел общее определение ценности,  охватывающее ценности всех видов  и идущее в параллель классическому определению истины: добро есть соответствие объекта высказанной о нем идее, своему стандарту. Исследовал промеждуточные между истиной и добром двойственные, описательно-оценочные утверждения языка. Подверг критике выдвигавшееся позитивистами требование исключать любые оценки из языка не только из естественных, но и из гуманитарных и социальных наук. Поскольку человеческая деятельность невозможна без оценок и норм (планов, целей и т.п.), науки, изучающие человека и общество и имеющие своей  конечной целью рационализацию человеческой деятельности, всегда содержат оценки и устанавливают имплицитные, а иногда и эксплицитные ценности. Проблема не в устранении оценок и не в отделении их от описательных, связанных с истиной утверждений, что   в этих науках в принципе не достижимо, а в обосновании объективности выдвигаемых оценок. Оценки никогда не достигают той степени объективности, которая возможна для описаний. Тем не менее обоснование оценок способно повысить их объективность и сделать их  более надежным основанием для человеческой деятельности, которая, впрочем, сама никогда не является безусловно объективной.

 

Определил понимание как подведение под ценность, т.е. как выведение понимаемой ситуации из общего утверждения о должном. Тем самым было показано, что операция понимания  столь же универсальна, как и операция объяснения. Пониматься могут не только языковые выражения, но и человеческое поведение и явления неживой природы. При этом парадигмой понимания  является вовсе не понимание текста, на чем до сих пор настаивает философская герменевтика, а понимание человеческого поведения, в случае которого роль ценностей  особенно прозрачна. В социальных и гуманитарных науках объяснение, требующее общих истин, постоянно сочетается с пониманием, опирающимся на общие оценки. При анализе взаимосвязи объяснения и понимания  была отброшена идея, что объяснение – это всегда объяснение через научный закон (номологическое объяснение). Понятие закона науки начало складываться только в 17 в., но  операции объяснения и понимания стары, как само человеческое мышление. В совокупности они составляют то, что может быть названо «рационализированием мира»: набрасыванием на него сети теоретических понятий, упорядочивающих исследуемые явления. Противоположностью рационализирования является обоснование теории, и прежде все ее обоснование  с помощью эмпирического материала, почерпнутого из исследуемого фрагмента реальности.

 

В книгах по теории аргументации предложил новую общую концепцию этой теории, разделив все возможные способы убеждения на эмпирические, теоретические и контекстуальные. Проанализировал многообразные конкретные приемы аргументации, объединив традиционную теорию аргументации с современной философской герменевтикой. В число стандартных приемов аргументации  входит не только эмпирическая аргументация (прямое или косвенное подтверждение в опыте) и теоретическая аргументация (дедуктивное обоснование, системная аргументация, методологическое обоснование и т.д.), но и  контекстуальная аргументация (ссылка на традицию, веру, интуицию, здравый смысл, вкус и т.п.). Человек  погружен в историю, вся его деятельность носит исторически конкретный характер, и в этом плане она всегда субъективна. Ни гуманитарные, ни социальные науки, вплетенные в историческую традицию и являющиеся ее продолжением, немыслимы без использования   контекстуальной аргументации.

 

В 1987 г. предложил первую логику без принципа фальсификации (modus tollens), позволяющую устранить сильную асимметрию между подтверждением утверждения и его опровержением (парафальсифицирующая логика). Показал, что не достигшая успеха фальсификация теории (ее «критика», в терминологии К. Поппера) является только ослабленным вариантом верификации. Утверждение Поппера, что не существует индукции и что в опровержении научных теорий ее роль играет дедукция и в первую очередь принцип фальсификации, является, таким образом, ошибочным.

 

В работах по философии истории и социальной философии развил идею двухполюсности человеческой истории: история движется между двумя достаточно постоянными полюсами, одним из которых является закрытое ( или, как чаще говорят, коллективистическое) общество, другим – открытое  (индивидуалистическое) общество. Закрытые общества охватывают большую часть человеческой истории: первобытный и древний коллективизм, средневековый умеренный коллективизм и, наконец, индустриальный, или тоталитарный, коллективизм. Последний реализовался в 20 в. в двух социалистический вариантах: интернациональный социализм, обещавший рай на земле для всего человечества, и национальный социализм (национал-социализм), пытавшийся создать рай для избранной расы за счет всех остальных. К открытым обществам относятся древние демократии и современный капитализм. Между полюсами открытого и закрытого обществ находится подавляющее большинство современных социальных систем, с той или иной силой тяготеющих к одному из двух  полюсов. Социалистические версии закрытого общества исчерпали себя, наступил своеобразный «конец истории». В будущем закрытые общества способны возродиться только в новой, уже не социалистической форме.  Концепция двухполюсной истории может рассматриваться как соединение элементов линейно-стадиального и цивилизационного подходов к истории. Вместе с тем в этой концепции не постулируется ошибочный в своей общей форме принцип экономического детерминизма, требуемый формационным подходом, отсутствует идея причинно или телеологически предопределенного прогресса, охватывающего все основные сферы социальной жизни, истории приписывается не объективный, не зависящий от деятельности человека смысл, а лишь субъективный смысл. История слагается из уникальных и неповторимых явлений, перенесение на нее идеи  объективных законов является ошибкой. В истории нет универсальных законов, подобных законам естественных наук, а есть только более или менее устойчивые, но всегда локальные социальные тенденции (тенденция роста народонаселения и т.п.). Многообразные цивилизации являются взаимосвязанными, хотя и разнородными фрагментами единого потока человеческой истории. Направление этого потока зависит от деятельности самого человека, а не от каких-то надуманных законов истории.

 

В монографии «Современная философия науки» главное внимание уделяется понятию науки, основным особенностям научного метода, научным категориям, идеалам и нормам науки, специфике научного обоснования, операциям научного объяснения, предсказания  и понимания, значению научной критики, типам научных проблем, значению ценностей в науке, классификации наук, своебразию гуманитарного и социального познания в сравнении с естественнонаучным познанием, связям науки и общества, глобальным проблемам, принципиально возможным в каждый конкретный период развития общества социальным теориям и др.

 

В монографии «Аксиология» представлены основные идеи и проблемы современной философии ценностей. Особое внимание уделяется определению понятия «ценность», истории философского исследования ценностей, восходящей еще к античности, структуре оценок и норм, способам их обоснования и тем самым уменьшения их субъективности. По-новому трактуются роль ценностей в научном познании, а также двойственная, описательно-оценочная природа моральных принципов. Заключительные главы книги посвящены значению ценностей в антропологическом и социологическом понимании человека, критике диалектики как исторической телеологии, не совместимой ни с принципом причинности, ни с понятием научного закона, основным ценностям современных открытых и закрытых обществ, принципиальным различиям в понимании свободы в такого рода обществах. Давно используемому (в социальной философии, но не в социологии) понятию отчуждения противопоставляется понятие обнаженности. Обнаженность – общая характеристика индивидов закрытого общества, выражающая существенное сходство их мыслей, чувств и поступков. Обнаженность непосредственно определяется одинаковостью этих индивидов, их почти полной неразличимостью. Отчуждение – интегральная характеристика представителей открытого общества, говорящая об их оторванности друг от друга и от общества в целом, о глубоких, болезненно переживаемых ими расхождениях в стиле мышления и жизни.  Оппозиция «обнаженность-отчуждение» не является универсальной. Она приложима лишь к представителям явно выраженных закрытых и открытых обществ.