Институт Философии
Российской Академии Наук




  Постнеклассическая наука и современные гуманитарные практики
Главная страница » » Постнеклассическая наука и современные гуманитарные практики

Постнеклассическая наука и современные гуманитарные практики

Яровславцева Е.И. Постнеклассическая наука и современные гуманитарные практики // Постнеклассические практики: опыт концептуализации: коллективная монография под общей ред. Аршинова В.И., Астафьевой О.Н. СПб., Издательство «Мiръ», 2012. С.109-125.

 

 

POSTNONCLASSYCAL SCIENCE AND MODERN HUMAN PRACTICE


Summary: Modern postnonclassical approach in science is methodologically oriented to production of «human-measured» knowledge. That allows to solve practical issues such as development of curriculum, ecological safety, technologies of digital communication the most efficiently. 



Яровславцева Е.И.

ПОСТНЕКЛАССИЧЕСКАЯ НАУКА И СОВРЕМЕННЫЕ ГУМАНИТАРНЫЕ ПРАКТИКИ 


Аннотация: Современный постнеклассический подход в науке методологически ориентирован на выработку «человекомерного» знания, которое позволяет наиболее эффективно решать практические задачи: разрабатывать программы образования, экологической безопасности, новых цифровых технологий коммуникации. 

Современная наука становится все больше ориентированной на вопросы, выясняющие, в отличие от прежних исследовательских подходов, роль человека в формировании знания. Эти изменения касаются сферы методологии, закрепляющейся в различных теоретических концепциях, позволяющих более эффективно использовать их в области практики. Открытия науки, её находки теперь не столько должны быть «поставлены на службу человеку», создавая в обществе своеобразные потребительские ожидания, сколько расширяя представление о науке, как практике человека, в которой он воплощает свою творческую потенцию. Только тогда открытия биологических и химических технологий перестанут использоваться как наркотики в дополнение к социальным формам отстранения от реальности, а станут подчеркивать познавательные свойства человека и воспитывать доверие к творческому опыту.

Рассматривая возможности постнеклассического подхода, можно сказать, что он имеет преимущества, поскольку выделяет «человекомерность» научного знания, рассматривая это как глобальную тенденцию развития науки.[1] Ее эффективность связана с учетом всего комплекса антропологических факторов, развитием социальной среды, интерактивных межсубъектных коммуникаций. Научное открытие, рассматриваемое в таком гуманитарном контексте, фактически уже «в зародыше», в своей потенции содержит возможность развития благоприятных перспектив, что  крайне важно для практической деятельности, всегда направленной в будущее.

При современном уровне развития научного знания предсказать и тем более гарантировать благоприятность результатов не может никто. В этом случае мы встречаемся с давно сформировавшейся проблемой управления научным развитием, с формированием компетентного экспертного сообщества, опирающегося на гибкие критерии, позволяющие способствовать развитию тех технологий, которые будут наименее рискованы. Понятно, что возникающие запреты, как правило, не дают в современном активно живущем социуме благоприятных результатов. В социуме, как правило, формируется распределенное экспертное сообщество, которое показывает реальную соотнесенность имеющихся научных результатов с потребностями человека, показывая посредством критики избыточность рисков.

Однако постепенно отношение к науке переходит на более прагматичный уровень. От нее уже не ждут открытий, решающих все проблемы сразу. Она воспринимается как инструмент деятельности, построенный на основе знания, который посредством различных технологий становится доступен для использования и решения возникающих проблем. Если в гуманитарном знании есть соответствующие технологии, то повышается эффективность этой науки, что, например, отличает современную психологию, имеющую мультидисциплинарную структуру. Изначально ориентированная на познание человека, она обнаруживает потребность создавать все более тонкие инструменты построения взаимодействия,  своей помощи, с ним. На уровне методологии психология выявляет в себе тенденции постнеклассического знания[2]. Гуманитарная наука перестает быть просто формой объяснительной деятельности, но становится инструментом планирования, решая множество социальных задач. И одновременно  актуализируются методологические проблемы, показывающие, что в сферу нашего внимания должны быть включены не только изменения традиционных инструментов познания, которые должны быть адекватны исследуемым объектам, но и сам исследователь, использующий эти инструменты.[3]

По существу, постнеклассическое знание включает человека в контекст науки не только в качестве объекта исследований, что уже давно и активно происходит в дисциплинах гуманитаристики, но в качестве особого параметра порядка, влияющего на процесс познавательных коммуникаций, на результаты научного знания в целом. Это значит, что управление, экспертное использование такого научного знания, требует совершенно иного опыта, чем то,  которое создавалось объектным знанием. Это  инструмент, который требует более внимательного анализа.

У исследователей, занимающихся сегодня постнеклассическим  периодом развития науки,[4]  возникает вопрос, чем вызвано такое двойное отрицание в названиях науки «классическая», «неклассическая», и наконец, «постнеклассическая».

Известно, что неклассическая наука отличается от классической тем, что она замечает не только объект, но и средство, посредством которого изучается данный объект. Инструмент, с помощью которого мы получаем знание о том или ином явлении мира, стал допускаться в структуру создаваемого образа мира и закрепляться через представление об относительности знания. Это было реальным мировоззренческим сдвигом, вошедшим в науку через физику, усложняющим представление как об объекте науки, так и об истинности. Данный подход вскоре становится характеристикой научного мышления, хотя основания для дискуссий существуют и до сих пор. Понимание теории относительности у современного специалиста говорит об уровне его профессионализма: он способен видеть не просто объект и его истинную форму, но связанность этой информации со способами ее получения. Относительность знания давно стала важной характеристикой  для всех дисциплинарных исследований, а не только знаний о физической картине мира.

Но сегодня, как можно полагать, и этого уже не достаточно. Само развитие науки показало, что она требует внутреннего сопряжения с гуманитарными критериями, требует соизмерения с развитием человека, проявляя то качество, которой академик В.С.Степин назвал «человекомерностью», что  переводит науку в состояние «постнеклассического» знания.

В данном случае фиксируется не только тенденция, но и настоятельная необходимость последовательного решения задачи неклассической науки, которая, только частично выявила влияние средства, инструмента на результаты, получаемые в исследованиях. Она, безусловно, расширила сознание исследователя, удерживая насколько возможно это в методологических требованиях, но не смогла полностью раскрыть некоторые аспекты относительности, которые особенно ярко проявляют себя в практических гуманитарных сферах. На данную ситуацию можно посмотреть, выявляя соотносимость, соотнесенность, соотношения, в которые включен человек, связанный с предметным миром.

Если иметь ввиду средство, инструмент исследования, то в нем, говоря языком диалектики, уже снят человек: за ним стоит исследователь со своими целями и задачами. Но в неклассическом подходе учитывается только средство, которое, как правило, имеет форму аппарата, неся на себе признаки объективного существования. Данная позиция своеобразная уступка традиции, объективной, а точнее, объектной, науки, признающей реально существующий прибор.

Постнеклассический подход продвигает нас дальше, заставляя признавать, что за прибором стоит субъект, конструктор, а мы имеем знание, информацию, произведенную конкретным субъектом – будь то индивид или исследовательский коллектив. Ни один прибор, даже если это  будет современный «инфоробот»[5] не будет строить отношения с объектом измерения на основании «собственной воли». За ним всегда, уже в программном обеспечении, стоит специалист, человек. Данное обстоятельство само по себе нисколько не умаляет ценность получаемой информации, но показывает ее более широкую связанность с «производственным процессом», проявляет соотнесенность с большим количеством условий. И если в некоторых науках можно было  игнорировать это обстоятельство, которое в принципе интуитивно понималось и ранее, но методологически было слабо зафиксировано, то сегодня человекомерность, собственно «гуманитарное измерение» становится актуальным требованием науки.

Новая оптика. В рамках гуманитарных  подходов к изучению человека, среди достаточно обширной системы антропологических знаний[6], есть один методологический принцип в оценке особенностей науки, который не получил достаточного изучения. Это идея академика И.Т.Фролова[7], которая позволяет найти новые аспекты в понимании человека. Он считал, что «Именно человек, его всестороннее и свободное развитие является мерилом социального прогресса и мерой всех наук[8].  При этом важно не просто говорить про это как желаемое обстоятельство, но реально соизмерять открытия науки с потребностями человека. С позиции И.Т. Фролова нужно «развивать научную деятельность в духе целостного исследования целостного человека….. по существу, это означает переворот, который может иметь общенаучные и  социальные последствия. Это ни больше, ни меньше,  как  «переворачивание» всей пирамиды науки, переход к такому состоянию,  когда природу будут исследовать под углом зрения интересов и потребностей человека, а не наоборот»[9] (курсив мой – Е.Я.).

В каком-то смысле речь идет об изменении научной оптики, когда поиски происходят не просто «ради человека», а в тесном сопряжении с ним как с критерием успешности и экологичности развития. Иными словами, перевернуть пирамиду – это значит, рассматривать научные знания в более тесной взаимосвязанности с потребностями человека, более полно проявляя обратные связи между индивидом и создаваемым объектом науки.

  Для решения гуманитарных задач на современном уровне, превращения их в основу экспертных технологий, для практики образования и цифровых коммуникации нужно фактически преодолеть ситуацию, сложившуюся в классической науке, породившей отсутствие человека в знаниях о природе. Их, по существу, можно назвать «бессубъектными», поскольку человека настойчиво элиминировали из получаемых фактов о мире. Именно это обстоятельство обеспечивало объективность знания, и, по умолчанию, надежность принимаемых решений, вполне достаточных для времени становления института науки. Такие знания даже создавали возможность прогнозов ближайшего будущего. Конечно, оно требовало и соответствующего регламентируемого поведения со стороны человека. В основном оно было настроено на решение специальных практических, в значительной мере – технических задач, посредством которых производилось испытание и преобразование природы, где человек, несмотря на жесткие условия,  все же проявлял свою активную, субъективную природу. 

Безусловно, классическое знание, работа с объективными, а точнее,  бессубъектными параметрами получаемых знаний – мощнейшая культурная традиция. Она создала науку как эффективный на определенном историческом этапе инструмент развития социальных субъектов – как человека, так и общества, добывающих знания. Однако последние, по мере возрастания их объема, создавали гуманитарную проблему. Они постоянно надстраивались системами законов, теорий, новых научных дисциплин и, подобно пирамиде, возвышались над человеком, отчуждая его от продуктов собственного труда.

Система коммуникаций между этой пирамидой знаний и человеком показывала его подчиненность. В современном мире давление информации становится таким, что индивид уже не столько удовлетворяет свои потребности, сколько утилизует продукцию  различных наукоемких производств, воспринимая разрекламированный объект как хороший объект. Все это показывает устойчивую мировоззренческую ориентацию человека на объект, проявляющую одновременно коммуникативную проблему – отсутствие адекватного ответа. Человек как субъект не способен реализовать себя, выразить свои собственные интересы.

 Система обратных связей не менее объективное, чем природные объекты, обстоятельство, существующее независимо от личных желаний человека: индивид как биологическое существо изначально включен во множество коммуникативных процессов, являющихся экологически важными параметрами его существования.[10] Без обратной связи не происходит ни один акт познания, не возможен когнитивный процесс в целом. Она ясно показывает, насколько все связано с человеком, и насколько человек связан со всем. Фактически получает подтверждение древнее философское знание, на которое опирался Сократ, говоря, что в Космосе все связано со всем. Можно заметить, что развившееся на основе данной концепции мистическое знание и значительное количество мистических школ, проявляют себя не только как иррациональное мировосприятие. Его можно понять и иным образом – как другой уровень конкретности, востребованный в свое время практической жизнью, который сегодня интересен при научном анализе процессов психофизиологического развития человека. [11]

Поэтому научное знание о природе вполне возможно понимать не как отделенное от человека, а как изначально с ним связанное, возникающее в процессе взаимодействия. Данный уровень конкретности будет показывать гуманитарное наполнение познавательного процесса, способствуя развитию современной гуманитарной технологии получения знаний, сохраняющей соотнесенность человека и получаемого результата, а так же способствовать выработке принципов гуманитарной экспертизы, Такой подход существенно расширит ценностные параметры интерпретации, понимания результатов исследований.

В классической позиции человек концептуально был удален из отношений с природой, из онтологической коммуникативной пары «Человек – Мир», и это как мировоззренческая позиция устойчиво, с небольшими изменениями, существует и сегодня наряду с другими системами мировосприятия. Данную ситуацию можно изложить в формальном ключе с помощью математической операции «дроби», показывающей соотношение разных величин.

Опираясь на комплексные объектно-субъектные показатели, т.е. учитывая, что каждый объект, созданный человеком, определенным образом соотносится с ним, и все множество объектов – тоже, можно представить дробь, где в числителе предмет,  а в знаменателе – человек. Строим следующее выражение:

Предмет X      Предмет Y      Предмет Z

  S чел        ,        S чел       ,         S чел       ,

где в каждой дроби в числителе расположен предмет: X, Y, Z, а в знаменателе – субъект-человек (S чел.).

Фактически такая дробь имеет общий знаменатель, который можно игнорировать, производя действия в основном с показателями числителя. Значит, будет вполне логично абстрагироваться и от человека, как от «знаменателя», и в дальнейшем рассуждать только о предметном мире.[12]  В принципе, так и сложилось: в классическом научном знании рассуждают о бессубъектных объектах. Но при этом человек реально он продолжает оставаться в отношениях и все достижения науки, а так же сопутствующие риски, он проверяет на себе.

Неизвестность в области существующих и все более умножающихся, но не замечаемых связей, безусловно, создает возрастающие риски для жизни человека. Но он способен их обнаружить, к сожалению, только тогда, когда они осуществятся! В результате, уже постфактум приходится защищаться, работая над ошибками, исправляя то, что не смог предусмотреть. Внесение поправок фактически включает в имеющееся бессубъектное знание «человеческий фактор», признавая исключенную, но устойчиво существующую соотнесенность с человеком. Однако подобная коррекция обходится слишком дорого, многие научные поиски и достижения имеют слишком высокую цену! При этом в общественном сознании продолжает существовать классическая позиция, что для ликвидации проблемы надо просто углубить знание об объекте, лучше изучить закономерности, хотя для человека, скорее всего, это обернется новыми усложнениями.

Выход науки на иной уровень природных связей, например, через открытие атома, обнаружил существование новой реальности неклассического типа, где все объекты включены в отношения, где все очень проблематично и неустойчиво. Исследователи современной постнеклассической науки в рамках синергетического подхода показали проблематичность самого понятия «объект». «Никакого объекта познания нет. Знать – значит уметь вести себя адекватным образом в ситуациях, связанных с индивидуальными актами или кооперативными взаимодействиями».[13]  В этой позиции уже явно существует человек, поскольку только он  может что-то уметь. При этом речь идет о взаимодействии, отношениях, что серьезно изменяет общее представление об объектах научного знания. Собственно говоря, устойчивая  кооперация в онтологическом пространстве коммуникаций и являет такой объект, делает его существующим. Система доказательств позволяет выделить его в отдельную предметную область и оперировать в рамках выделенных закономерностей.

Современный уровень изменений реальности делает эти обстоятельства все более очевидными, но малоуправляемыми, поскольку нет соответствующей научной оптики, методологии. Без нее невозможно составить полное представление, и тем более создать прогноз развития человека, а точнее, отношений человека и мира, хотя именно построением перспективы всегда стремилась заниматься практикоориентированная наука, решая вопросы не только в сфере естествознания, но и в социальной среде, исследуя как человека, так и общество.

Рассматривая гуманитарные, «человекомерные» аспекты науки, нужно увидеть на методологическом уровне более полную связь человека с миром. Иными словами, необходимо осознать изначальную – объективную – соотнесенность и вернуть человека в рассматриваемую дробь. Более того, надо одновременно перевернуть ее, разместив человека, индивидуального субъекта в числителе! Выражение будет выглядеть следующим образом:

 S чел.                                     S чел                                S чел

Предмет X ,         Предмет Y ,       Предмет Z.

С помощью этого перевернутого соотношения можно показать человека как более значимого, сделав его своеобразной точкой отсчета в оценке развития. Важно, чтобы всякий объект еще на этапе разработки проверялся на уровень благоприятной соотнесенности с человеком. Сближение потенциала природного объекта с потенциалом человека создает новое системное пространство, функциональное состояние, выражаемое в результате.

Пройдя через серьезные кризисы развития, научная теория постепенно становится более гибкой, акцент переносится на связи, процессуальность, позволяющих увидеть самоорганизацию становящихся сложных системных объектов, не отторгающих, но удерживающих человека. Методологические решения на основе коммуникативно-синергетического подхода позволяют работать с принципиально открытой в своих изменениях системой, моделировать не результат, что требуется для классического подхода, а точки роста, перспективу изменений исследуемой области, в которых человек находит себе опору, черпает ресурсы развития. Возникающее соотношение можно в постнеклассической науке не только наблюдать, но и создавать, используя его в исследовательских и других практических целях.

Только тогда можно ожидать, что достижения науки станут гуманитарно содержательными и сформируется устойчивое представление о ценностной значимости и необходимой экологичности научных изысканий. В этом случае возникнет возможность эффективных прогнозов относительно результатов проектной деятельности человека, в которой сегодня поддерживается высокий уровень инициативы и самостоятельности.

Использование принципа «человекомерности»[14] как критерия создаваемого научного знания может повысить продуктивность исследований, усилив в нем коммуникативную составляющую как онтологическую основу  развития человека. Это становится тем более важным, что современный человек создает новые инструменты исследования расширяющегося культурного пространства, выходящего в Космос, стремится к техническому освоению Вселенной.

Высокие технологии и этика. Как ни парадоксально, высокие технологии по умолчанию это то, что на самой вершине научных открытий, т.е. на макушке пирамиды знаний, наименее связанной с человеком. Но традиционно, опираясь на причинно-следственную логику, мы полагаем, что именно новые открытия позволят нам решить существующие проблемы. Однако сначала обнаруживаются риски! Возникает необходимость понять соразмеренность предлагаемых решений потребностям человека.

Гуманитарное измерение требует нелинейного мышления, углубления принципа относительности, позволяя выстроить более сложное понимание картины мира, познавательных отношений с природой, в которых человек становится еще практикующим пользователем. В исследовательской деятельности происходит постоянное взаимовлияние, кооперативное взаимодействие идей и результатов, принадлежащих как исследователям разных поколений, так и современникам, имеющим свою интеллектуальную лабораторию. Все это порождает синергетический эффект, совершенно неожиданные результаты, но при этом очень сложно прогнозируется конкретное событие.

В этих условиях все более актуальными и практически значимыми становятся этические основания возникающих взаимосвязей и соотношений. Даже при беглом знакомстве с этическими концепциями можно сказать, что нравственные критерии, мораль являлись, по существу, системами нелинейной регуляции межчеловеческих коммуникаций, построения и инвариантного воспроизводства соотношений в открытых развивающихся социальных системах. Сегодня они могут явиться наиболее адекватным инструментом самоорганизации, который требует разработки соответствующих ценностных критериев развития, где вся сфера науки и техники, будет рассматриваться в соотношении с возможными субъектами, пользователями того или иного предлагаемого инструмента. Важно обращаться не только к добродетелям, выделяемым этикой, но и к проблемным областям, показывающим противоречивость, амбивалентность некоторых ситуаций, отсутствие однозначности решений. Этическая грамотность, компетентность позволит смягчить представления о  возможных путях решения проблем.

Особенно важно то, что  сегодня гуманитарное пространство  стремительно расширяется, создавая на основе технического инструментального прогресса, развития цифровых систем виртуальное коммуникативное пространство. Социальные сети и дистанционные компьютерные коммуникации создают новый культурный феномен одновременного усиления индивидуализации и объединенности человека, внося изменения в его развитие, процессы образования и самореализации.

 Необходимо обратить внимание на высокотехнологичную область цифрового пространства, которая сегодня, безусловно, является перспективным направлением  социального и индивидуального развития. За счет своей гибкости и адаптируемости к человеку сетевые коммуникации, развивающиеся на основе компьютерных систем, могут рассматриваться как наиболее эффективные технологии, способные поддерживать его свободу, нелинейность общения и системную открытость, готовность участвовать в диалоге.

Высокий результат может достигаться при использовании интерактивных технологий, которые наиболее адекватны индивидуальным природным потребностям человека в получении обратной связи. Она является сутью отражательного процесса, онтологически объективным, как ранее было замечено, свойством формирования потенциальных возможностей человека, что создает серьезные качественные преимущества в становлении когнитивной коммуникации индивида.

Интересные особенности отметили биологи, изучая строение мозга и выявив в сигнальной системе в неокортекса – верхней оболочке мозга – наличие большого количество волокон обратных связей. «Нейроанатомы давно осведомлены, что мозг насыщен обратными связями, … на каждое волокно, передающее информацию в направлении неокортекса приходится десять волокон, передающих информацию в направлении органов чувств. Обратные связи преобладают также и в большинстве соединений внутри неокортекса» [15]. Как можно предположить, на один вопрос (возбуждение) система получает множество ответов (резонансных сигналов).  И только ей самой предстоит выбирать, какой ответ ее больше устраивает. На биологическом уровне это решалось через систему отбора, а на интеллектуальном – каждый раз у человека – через выбор предпочтений. И неслучайно, выбор иногда бывает мучительным! Множественные, обильные обратные связи порождают у активно действующего индивида устойчивую потребность свободы и ощущение ее наличия. Если человек умеет удерживать в зоне внимания эту потенцию, чувствовать меру, то он этичен,  может строить гармоничные взаимоотношения с внешним миром.  

Обратные связи, таким образом, становятся фактором, формирующим новые зоны активности, что очень важно для самостоятельности человека, развития его способности к образованию. Воплощенные в интерактивных компьютерных технологиях, имеющих способность увеличения своей гибкости, они показывают в целом возможную функциональную соотносимость цифровых мультимедийных систем с системами человеческого организма. Но благоприятность этих соотношений искусственного с естественным не возникает автоматически, она требует специальной работы. ..…….

Стало бесспорным, что в современном мире формируется устойчивая тенденция к появлению совершено новых образовательных сред,  качественно изменяющих положение человека. Важно, что  и педагог, и ученик, являясь устойчивой коммуникативной парой, уже находятся в интерактивном пространстве – пространстве постоянного диалога, развертывающегося с помощью компьютерных коммуникативных систем. В одном и том же физическом пространстве педагог может «сконструировать» ландшафты природы (виртуальная экология) или лабораторию, испытательный стенд для наиболее эффективного обучения. Место нахождения ученика становится точкой, куда педагог в нужной форме стягивает информацию, создавая условия для образовательного диалога, который является все более интенсивным. Перестраиваются и другие компоненты этого диалога; в целом преобразуется сам процесс образовательной коммуникации, а также роли педагога и ученика.

Но в любом случае благоприятный эффект будет только тогда, когда педагог, а в более широком плане – все участники образовательного процесса – будут создавать среду, соизмеренную с человеком, то есть будут отвечать его способностям. Современные мультимедийные комплексы могут сонастраиваться с учеником, отвечать не только его информационным запросам и задачам закрепления материала, но и личным психофизиологическим состояниям человека. Особенно это  важно для детей, имеющих особенности  развития, поскольку продуктивность их занятий зависит от того, насколько индивидуально построил с ним занятие педагог.

Потенциально такие возможности могут появиться у всех, кто получает образование, поскольку компьютерное мультимедийные системы становятся  все более  легкими и практичными[16]  в работе с большими объемами информации. Новое образовательное пространство способно на совершенно ином качественном уровне откликнуться на потребности индивида, динамично сонастраиваться, соотносится с визуальными, аудиальными и тактильными потребностями человека. Она может превратиться как бы в его продолжение, став особым инструментом, будучи востребованной не только его интеллектом, но также и психофизиологическим состоянием организма. И педагогу нужно уметь опирается на все эти возможности восприятия, чтобы помочь ученику понять и закрепить материал.

Но в данном случае возникает необходимость создания системы психологического сопровождения этого процесса, поскольку, как мы сегодня видим, у многих людей достаточно быстро возникает зависимость от этого наукоемкого программного продукта или технологий. В частности, легкость получения стандартного результата в новом формате деятельности, а фактически от несоотносимости потраченных сил и поставленных целей, создают неуправляемую ситуацию. Психологически корректные технологии могут оказать помощь в том, чтобы найти меру, помочь почувствовать ту границу, где свобода переходит в зависимость. В этом случае и сами психологические технологии, являясь инструментами науки, должны быть настроены на современного человека, владеющего системами работы с информацией и умеющего пребывать в виртуальных коммуникативных сетях.

Психологии предстоит овладеть знанием об инвариантных моделях становления человека, о свободных проявлениях его личностных возможностей. Мера, соразмеренность, которые являются этическими категориями, могут стать важнейшими критериями качества, которые нужно будет на уровне чувств воспитывать и поддерживать у человека. Особенно важно это для участников современных дистанционных сетевых коммуникаций, втягивающих человека в интенсивные игровые и деловые отношения, которые начинают активно использоваться в системе образования, особенно при формировании различных моделей цифровых школ. Однако эта задача достаточно сложная, требующая комплексного подхода, постепенного накопления человеком опыта взаимодействия как с внешним социальным миром, так и с внутренней средой,  со своим динамично развивающимся организмом.

Психология может встретиться с проблемами перегрузок, поскольку у многих учащихся нет навыков  самоуправления, соразмерного использования компьютерных комплексов в соответствии с возрастными, психофизиологическими свойствами, потребностями и личными ресурсными возможностями. Риски перегрузок могут возникать еще и потому, что у учащихся не сформированы навыки самоподдержки, необходимые в интенсивном процессе обучения. И это является важным не только для детей, развивающихся в рамках нормы, но и для тех, кто относится к одаренным, а также к категории учащихся, имеющих ограниченные возможности здоровья, нуждающихся в инклюзивном образовании. Способность по мере возможности управлять своими потенциальными способностями необходима каждому для повышения собственной устойчивости, поскольку внешняя поддержка при интенсивной включенности в коммуникацию воспринимается как ограничение свободы и может оказаться малоэффективной.

Компьютерные образовательные системы содержат в себе эту возможность. Их широкая – аудиовизуальная и тактильная – «открытость» для человека позволяют создавать для детей с различными ограничениями в развитии комплексы упражнений и использовать их на занятиях, в игровом познавательном пространстве.[17] Для работы со сложными детьми можно выявить дополнительный круг коммуникативных технологий, но они потребует особого изучения и проверки на функциональную соотносимость. Вопрос связан с компенсаторными возможностями, которые существуют у всяких сложных систем через образование новых связей, позволяющих создать необходимые точки опоры для поддержки организма.

Важно подчеркнуть, что с помощью современных компьютерных систем можно создавать технологии не просто для детского возраста, но для ранних этапов становления организма, развития функциональных связей ребенка, обеспечивая им индивидуальную траекторию движения к зрелости. В таком образовательном диалоге на ранних этапах развития нуждается сегодня все больше детей. Интерактивные коммуникации основаны на балансировочных принципах работы организма и могут быть использованы для оптимизации занятий под руководством взрослого даже самыми маленькими детьми. Например, ребенок может касаться доски и создавать на ней изображение по очереди всеми пальцами, без использования дополнительных средств. В этом случае через мелкую моторику реализуется его творческая функция и способность оценивать и исправлять создаваемый материал. Интерактивные технологии используются в мире уже множеством компаний, занимающихся компьютерными разработками и программными технологиями, резко изменяя ситуацию в образовательной среде, а так же объективные перспективы развития человека. Данная практическая область работы привлекает сегодня все большее внимание и пока только обозначается как перспективная для социума, обретающего возможности продуктивно использовать не только ресурсы талантливых учащихся, но так же эффективно поддержать человека, проходящего трудные этапы своего развития и образования.

При созревании сложных систем, например таких, как человек, всегда более продуктивным будет рассмотрение ситуации как многомерного коммуникативного континуума, который возможно изучать на основе синергетического подхода, развиваемого в постнеклассической науке.

 



[1] Степин В.С. Теоретическое знание. – М.: «Прогресс-Традиция», 2000. С.680

[2] Манеров В.Х., Королева Н.Н., Богдановская И.М. Методология постнеклассической психологии и подготовка практических психологов // Вестник практической психологии образования: Научно-методический журнал. 2007. № 4 (13). С. 56-60.

[3] Именно это, думается,  является важным для экспертных оценок научного развития, создания критериев продуктивности науки.

[4] Вопрос затрагивался на круглом столе в рамках дискуссии на конференции «…» в Одессе в сентябре 2011 г. 

[5] См.: Беседа с Игорем Ашмановым, автором проекта «Ай-яй-яй» (iii.ru) http://itvcom.ru/programs/idea/ashmanov/?pos=3, а так же http://www.unova.ru/article/7069 (27.04.2011, 22-30).

[6] Антропологические подходы, фокусирующие внимание на человеке, стали именовать себя антропологией определенной области знания, например, философская, этническая, религиозная, экономическая, синергийная, интегративная и пр. антропологии, вплоть до появления такой дисциплинарной области как «психологическая антропология». Подобное выделение человека стало своеобразной точкой роста науки и стало основой для формирования предметно-антропологического древа, показывающее активный процесс самоорганизации науки и обновления ею своих собственных методологических оснований.

[7]  Академик И.Т.Фролов был первым директором Института человека, который возник в 1992 г. в системе Академии наук и ставил своей задачей развивать комплексное гуманитарное научное знание в тесной работе всех специалистов, занимающихся изучением человека.

[8] Наука, общество, человек. М.: Наука, 2004. С.5.

[9] Там же.

[10] См. исследования современных ученых ФГУП ГНЦ Акустический институт им. акад. Н.Н. Андреева, доктора биологических наук Бибикова Н.Г., отметившего этот аспект в  своем научном докладе «Преобразование сигналов в нейронных сетях слухового анализатора»: http://rsmu.ru/8009.html (16.04.2011)

[11] Мы не касаемся вопроса практики мистических школ, поскольку это значительная отдельная тема, которая лежит в русле исследования донаучных традиций. Но, по существу, она показывает богатство возможных форм восприятия мира человеком: установление с ним многомерной соотнесенности, а так же выработку способов самооценки посредством развития функциональных систем организма. Визуальные, аудиальные, тактильные и др. функциональные органы (Ф.О.), интегрируя возможности индивида, порождают и соответствующие комплексные способы и восприятия внешней и внутренней среды. Человек неизбежно обнаруживает эзотерические, скрытые феномены связей, стараясь воссоздавать их через соответствующие знания и технологии, опираясь, по существу, на кооперативный эффект,  речь о котором будет идти ниже.

[12] Подобное абстрагирование аналогично тому, как традиционно исключаются из зоны внимания животные. Но эта ситуация несет в себе меньше рисков: животные во многих случаях не имеют отношения к созданию инструментов, технологий, не являются, подобно человеку, их авторами. Животные и человек имеют разные способы соотнесения с миром, но в науке, как правило, в одинаковой степени являются только объектом изучения. Попытка выйти за пределы этого обстоятельства - появление множества антропологий, вплоть до антропологии психологии. Предметность таких исследований весьма разнообразна. Создание системы знаний, где творящий индивид включается в формулу, виден в своей соотнесенности, а не только провозглашен в качестве принципа созидания – это является важной задачей по развитию научной методологии. Это позволит создать более гибкую инструментально обеспеченную систему решения практических задач, которые всегда ориентированы на будущее, но не могут работать на перспективу и всегда останавливалась на этапе пожелания «индивидуального» подхода. Без таких технологии перспектива не выстраивается, будущее, как система возможных отношений, закрыто.

[13] Аршинов В.И., Буданов В.Г. Когнитивные основания синергетики // Синергетическая парадигма. Нелинейное мышление в науке и искусстве. М.: Прогресс-Традиция, 2002. С. 99.

[14] Степин В.С. Теоретическое знание.  М.: Прогресс-Традиция, 2000. С.680

[15] Хокинс Д. Блэйксли С. Об интеллекте. Издательство Вильямс, 2007. С. 12.

[16] Речь идет о современных мобильных телефонах, дисплеях, интерактивных досках,  управляемых непосредственно рукой или с помощью прикосновения стилусом. Так называемые. сенсорные технологии развиваются в направлении использования речевых форм коммуникаций, а так же  команд с помощью направления взгляда и пр.

[17] Современная интерактивная доска Smart Board, имеющая резистивную поверхность, на которой мультимедийные объекты управляются рукой, позволяет освоить многовизуально-тактильных упражнений, поддерживающих организм человека во время образовательных нагрузок.