Институт Философии
Российской Академии Наук




  Воспоминания и свидетельства
Главная страница » » Сектор философии религии » Мемориально-исторический раздел » Воспоминания и свидетельства

Воспоминания и свидетельства

В трудах Митрохина  исследуются актуальные проблемы философии религии, роль религии в становлении и развитии культуры. Многие работы Митрохина посвящены истории и современному состоянию реформационных движений в рамках христианской традиции на Западе и в России («Баптизм: история и современность» (1997) и др.). В них представлена цельная картина формирования мирового баптизма, его мировоззренческого содержания и культово-обрядовой практики. Митрохин детально проанализировал историю становления и содержания атеистических воззрений К. Маркса и Ф. Энгельса в работе «Философия религии: Марксово наследие» (1993). Отмечая акцент основоположников марксизма на социальных корнях религии, он выявляет историческую значимость Марксова подхода к истолкованию происхождения, сущности и функции религии в обществе. Ряд работ Митрохина посвящен анализу идеологии и культуры США («Американские миражи», 1962, «Негритянское движение в США: идеология и практика», 1974). В его книге «Религии «нового века» (1985) содержится обстоятельная характеристика нетрадиционных религий, начавшихся широко распространяться с начала 70-х годов прошлого века. В книге «Понятие религии» (2003) раскрываются особенности совр. положения религии в России, обосновывается концепция светского гуманизма. В его произведениях анализируется место религии в системе совр. культуры в сопоставлении с наукой, искусством, нравственным сознанием. Большое внимание уделяется определению и разграничению типологических особенностей религии, теологии, религиозной философии и философии религии.

В. И. Кураев Русская философия. Энциклопедия. Изд. второе, доработанное и дополненное. Под общей редакцией М.А. Маслина. Сост. П.П. Апрышко, А.П. Поляков. – М., 2014, с. 383-384.

 

В работах Метрохина Л.Н. исследуются роль религии в становлении европейской культуры, история и современное состояние протестантизма, фундаментальные проблемы философии религии и теологии. Многие публикации М. посвящены истории и современному состоянию реформационных движений на Западе и в России (ереси, сектантство), преимущественно баптизма. В их числе «Баптизм и современность» (М., 1964); «Баптизм» (1966, 1974); «Кризисные явления в современном баптизме» (М., 1967); «Баптизм и научное знание» (М., 1969). В русле этой проблематики находятся и статьи М. о М.Л. Кинге, Райнхольде Нибуре, Б. Грэме, Харви Коксе, о концепции «смерти Бога» и религиозном пацифизме. В завершающем капитальном труде «Баптизм: история и современность» (1997) впервые в научной литературе представлено формирование и современное состояние баптизма — как зап., так и российского.
Специальное внимание М. уделяет проблемам христианской антропологии, взаимоотношениям религии и науки, религии и морали, обратившись к ним уже в кн. «Христианская "Наука жизни"» (М., 1957) и в ряде последующих работ. В серии статей, обобщенных в монографии «Философия религии. Опыт истолкования Марксова наследия» (1993), М. детально проанализировал атеистическое наследие К. Маркса и Ф. Энгельса. Выявляя односторонний социологизи-рованный подход марксизма к религии и невнимание к экзистенциальной проблематике, М. вместе с тем объективно показывает заслуги Маркса в разработке концепции «отчуждения», учения об идеологии и сознании («товарный фетишизм», «форма превращенная»), высоко оценивает работы Энгельса по раннему христианству и истории протестантизма в Германии. Ряд работ М. посвящен анализу идеологии и культуры США: «Антикоммунизм в США» (М., 1968), «Негритянское движение в США: идеология и практика» (М., 1974), «Религии "Нового века"» (М., 1985). В последней книге дана обстоятельная характеристика «культов», или «нетрадиционных религий», распространившихся в Новом свете в 1970-е гг., а сегодня — и в России.
М. принимал участие в организации и редактировании многих коллективных трудов, в таких как «Современный экзистенциализм» (М., 1966); «Проблема человека в современной философии» (М., 1969); «Философия и наука» (М., 1972), словари «Протестантизм» (1990) и «Христианство» (1994). В последние годы М. опубликовал целый ряд работ, посвященных современному положению религии и церкви в России: «Религия и политика в посткоммунистической России» (1994), «Религия и культура. Философские очерки» (2000). Работы М. отличают особое внимание к «вертикальному» измерению культуры, к социально-онтологическим корням религиозного сознания, стремление объяснить специфику религии как исторически закономерного типа всенаучного экзистенциального знания, как способа решения фундаментальных проблем предназначения и бытия человека.

Философия: Энциклопедический словарь. — М.: Гардарики. Под редакцией А.А. Ивина. 2004.


Философия религии в социокультурном контексте (памяти Л.Н. Митрохина) 

В. С. СТЁПИН

В истории отечественной философии второй половины XX в. есть имена, имеющие почти символический смысл. Это - философы, чьи работы определили перспективные направления исследований. В условиях, казалось бы, мало подходящих для генерации новых идей, они порождали такие идеи. Их творчество позволяло удерживать высокий уровень профессионального мастерства. Лев Николаевич Митрохин был одним из таких, вообще-то, немногих философов этого времени.

Основной областью его исследований была философия религии, хотя он работал в широком диапазоне и был прекрасно ориентирован в теории познания, логике и методологии науки (его кандидатская диссертация была посвящена проблемам логики), в истории философии, в этике, в философии политики, философии культуры. Именно эта философская эрудиция помогала ему разрабатывать нестандартные по тем временам подходы к философскому осмыслению религии.

В советское время эта область обычно отождествлялась с преподаваемым в вузах предметом "научный атеизм". Работы же Л.Н. Митрохина возвратили в орбиту отечественных исследований не только классическую проблематику философии религии, но и ее современные наиболее перспективные направления, связанные с анализом социокультурного контекста становления и развития мировых религий.

Помню тот интерес, с которым я прочитал изящную статью Льва Николаевича, опубликованную где-то в середине 80-х гг. в качестве предисловия к книге С. Цвейга "Совесть против насилия"1. В ней был проведен анализ формирования новых ценностей культуры во взаимодействии ренессансного гуманизма и протестантизма эпохи Реформации.

Известно, что в исследовании становления капитализма конкурировали различные подходы. Классическим примером служит различие концепций К. Маркса и М. Вебера.

Разработанная К. Марксом картина социальной реальности, изложенная им в "Предисловии к критике политической экономии", ориентировала на особый анализ становления капитализма. Главное внимание уделялось процессам первоначального накопления, анализу социальных предпосылок поляризации труда и капитала, формированию рабочей силы как особого товара. Такой ракурс анализа реализовал установки материалистического понимания истории, согласно которому духовные процессы, составляющие ядро культуры, выступают вторичными по отношению к процессам производства, надстройкой, определяемой экономическим базисом.

Иная позиция анализа формирования капитализма была у М. Вебера. Его картина социальной реальности акцентировала в соответствии с неокантианской традицией

1 Эта статья произвела огромное впечатление на многих. В предисловии к книге Л.Н. Митрохина "Мои философские собеседники", опубликованной уже после его смерти (СПб., 2005 г.), академик Т.И. Ойзерман особо выделил эту статью, вспоминая свое восхищение глубиной мысли и "нестандартным лексическим богатством" "мастера высокого класса" - автора данной работы.

© Степин В.С., 2008 г.

роль базисных ценностей культуры. Вебер интерпретировал их как исторически меняющиеся ценности. Соответственно главное внимание он уделял духовным предпосылкам становления капитализма (анализ протестантской этики, процессов формирования новых правовых идей, идеала формальной рациональности и т.п.).

Лев Николаевич в своей статье весьма тонко и тактично соединял позитивные моменты, которые содержались в обоих подходах. Разумеется, марксистская лексика в статье присутствовала, да иначе и быть не могло в те времена. Но основное ее содержание было, скорее, культур-центристским, чем экономико-центристским. Причем исследование было проведено в двух аспектах: с одной стороны, как анализ становления в эпоху Реформации ценностных предпосылок будущего капитализма, а с другой, как анализ социокультурной детерминации взглядов самого С. Цвейга на Реформацию, борьбу идей и личностей в эту историческую эпоху.

Для меня социокультурный подход был особенно значим. В конце 70-х - начале 80-х гг. XX в. я развивал его применительно к проблематике философии науки. В его рамках пришлось переосмыслить многие представления о структуре и динамике культуры и функциях философского знания в культуре.

В этот период я разрабатывал идеи культуры как целостной развивающейся системы надбиологических программ человеческой жизнедеятельности (деятельности, поведения и общения). В качестве оснований этой системы были выделены мировоззренческие универсалии (их также именуют "концептами" и "категориями культуры") - смыслы категорий "человек", "природа", "добро", "зло", "пространство", "время", "справедливость", "свобода" и т.п. Эти смыслы в каждой культуре, наряду с общечеловеческим, включают содержание, выражающее особенности той или иной культуры на определенном этапе ее истории. Смыслы мировоззренческих универсалий пронизывают все без исключения сферы и феномены культуры и выступают своеобразным геномом социальной жизни. Они определяют не только понимание и осмысление, но и переживание мира человеком, образуя базисную ценностную структуру соответствующей культуры.

Исходя из этих представлений, мною была предложена трактовка социокультурных функций философского знания. Философия выступает рефлексией над универсалиями культуры, выносит их на суд разума, перерабатывая их в философские категории. Оперируя ими, она способна открывать новые их смыслы, выходящие за рамки своей культурной традиции и адресованные будущему. Со временем эти смыслы, транслируемые в культуре, могут стать порождающим ядром мировоззренческих универсалий новой культуры и соответственно нового типа общества.

Мои публикации 80-х годов о прогностических функциях философии были ориентированы, прежде всего, на обсуждение проблематики философских оснований науки и роли философской эвристики в развитии фундаментального научного знания. И мне было приятно узнать, что Лев Николаевич Митрохин использовал эти идеи в своем анализе философии религии. Кстати, на эту тему был один курьезный случай. В одной из своих публикаций он несколько раз по делу сослался на мои работы. Речь шла о преломлении мировоззренческих универсалий в религии и теологии. Однако редактор издательства стал советовать ему убрать эти ссылки на том основании, что я был директором Института, а он в те годы работал заместителем директора. Льву Николаевичу пришлось разъяснять, что если убрать соответствующие фрагменты текста, то нарушится логика изложения, а если оставить их без ссылок, то нарушится научная этика.

Лев Николаевич всегда был тщателен и по-своему даже щепетилен в написании текстов своих работ. Его стиль был почти безупречен - ясный, прозрачный для мысли текст, максимально привлекательный для читателя, никогда не нагружаемый искусственными терминами, когда читатель вынужден разгадывать словесные кроссворды, а в итоге у него возникает простой вопрос: "Ну и что? Что я здесь узнал небанального?"

Ясность изложения достигалась за счет четкой логики мысли и многократного, тщательного редактирования текста. При этом автор строго соблюдал нормы научно-

го этоса. Он никогда не присваивал себе чужих идей и всегда был скрупулезен и точен в ссылках. Ему было что сказать читателю, и поэтому не нужно было заимствовать без ссылок чужие идеи. У него были и свои.

Работая вместе на административных должностях, мы наибольшее удовольствие получали, когда к завершению дня убывал поток различных управленческих сюжетов, и можно было обсудить философские проблемы.


Источник: http://naukarus.com/filosofiya-religii-v-sotsiokulturnom-kontekste-pamyati-l-n-mitrohina

 

Свободомыслие — прививка от религиозного мракобесия. В Институте философии РАН прошло заседание клуба «Свободное слово», посвященное памяти академика Льва Митрохина

В Институте философии РАН произошло редкое событие. В рамках клуба «Свободное слово» 26 октября маститые ученые, которые завоевали свой научный авторитет еще в советские времена, говорили о своем понимании религии и о роли Церкви в современном российском обществе. Заседание клуба проходило в форме круглого стола под названием «Кто такой свободомыслящий человек?» и было посвящено памяти философа и религиоведа академика РАН Льва Николаевича Митрохина, ушедшего из жизни в январе 2005 года. Инициатором и ведущим этого ученого собрания являлся философ Валентин Толстых. Он, как и многие из присутствовавших на заседании в особняке Института философии на Волхонке, был единомышленником Льва Митрохина, сторонника честного и объективного взгляда на религию в самых разных ее проявлениях.

Профессора и доктора наук, сохранившие приверженность трезвому научному подходу и после перестройки, не скрывали того, что в последние пятнадцать лет им никто не предлагает писать статьи, их никто не встречает в институтских коридорах, чтобы поспорить или похвалить и т. д. Многие научные атеисты не только стали религиоведами в связи с изменением названия их дисциплины, но и изменили свои взгляды. Вместе с тем, академик Л. Н. Митрохин остался верен самому себе, своему пониманию марксизма и философии религии в таких работах, как «Философия религии (опыт осмысления Марксова наследия)» и «Баптизм». Л.Н. Митрохин помог выявить одну из основных черт сегодняшней культуры. Эта черта, по мнению социолога религии В.И. Гараджи, профессора Московского государственного университета, заключается в том, что русское общество поразительно невежественно во всем том, что касается религии. В советский период, как отметил В. Гараджа в своем выступлении, религиовед был, прежде всего, бойцом идеологического фронта, которого часто вызывали в отдел пропаганды и антирелигиозной агитации для того, чтобы дать какое-либо поручение. По мнению В. Гараджи, вместе с Л.Н. Митрохиным в советском религиоведении появилось стремление найти в вере свою философскую правду, понять религию объективно — в качестве феномена культуры. А это уже выходило за идеологические рамки, определенные партийной пропагандой, которая видела в религии одну из разновидностей буржуазной идеологии, легально существовавшей в СССР. Как отметил В. Гараджа, внимательное и честное отношение к религиозным убеждениям, к их всестороннему изучению наукой, подрывало сам механизм борьбы с инакомыслием в Советском Союзе. Если до перестройки Л. Н. Митрохин, по выражению В. Гараджи, впадал в «атеистическое диссидентство», то в 90-е гг. он старался избавиться от любых атеистических искажений, вкравшихся в религиозные исследования. Однако появилась опасность искажения объективного анализа религии с других сторон, и Л.Н. Митрохину, как и многим другим ученым, пришлось бороться с идеологической одержимостью уже либерального и православного толка.

Надежды на религиозное «возрождение», связанное, по преимуществу, с православием, в научном сообществе рассеялись. Сам Л.Н. Митрохин предпочитал называть то, что происходило в начале и середине 90-х гг., религиозным бумом, так как и православие не стало прежним — дореволюционным, и народ не приобрел сознательную веру. Настала пора подумать о защите научных исследований от религиозного мракобесия. Близкий друг академика Л.Н. Митрохина поэт и философ Вадим Рабинович заявил о том, что в нынешних условиях настоящий свободомыслящий гуманитарный ученый должен обладать «трудной свободой». Ученый не может говорить все, что захочет, а должен опираться на знания, а его свободная мысль должна быть очень чуткой, не быть повторением чужих идей. В. Рабинович предложил свое понимание того, почему и атеисты и верующие, по существу, находятся в одной точке познания, и постоянно ищут обоснований своих убеждений и веры в Бога. По словам В. Рабиновича, если представить Бога как идеальную конструкцию, субстанцию, над которой ничего нет, то Бог должен верить только в свое собственное творение. А это означает, что Бог – верит только в себя и Он является абсолютным атеистом. Фермент атеизма заложен в саму суть христианской веры – отсюда устремления блаженного Августина или Ансельма Кентерберийского придумать для самих же себя доказательства бытия Божьего.

Несвободные люди, как отметил старший научный сотрудник Института востоковедения РАН Сергей Филатов, это те, кто говорят и пишут только то, что выгодно. Независимо от убеждений, свобода для ученого, по мнению Филатова, заключается в том, чтобы не потерять чувство и желание искать правду. Выступая в ходе круглого стола, С. Филатов отметил, что в 80-е гг., когда он впервые столкнулся с Л.Н. Митрохиным, они вели жаркие споры по поводу материалистических идей. С. Филатов, как убежденный антисоветчик, во многом благодаря беседам с Л.Н. Митрохиным, изменил свое представление о марксизме, который считал лишь прикрытием всей лжи партийной пропаганды в СССР, и был вполне согласен, по сути, с определением религии Л. Н. Митрохиным, как «феномена культуры, отражающего в духовной форме идеологические интересы и потребности общества».

Опасность для научного мира представляют люди без убеждений. Как подчеркнул специалист по истории СССР В. Логинов, они находятся как бы в вакууме, они принадлежат к современной «цивилизации средств», у которой полностью потеряны цели. Недаром, по словам В. Логинова, философы заговорили о появлении «постчеловека». Следовать своим внутренним моральным принципам надо, по мнению Логинова, несмотря на то, что в нашей стране практически невозможно в широкой печати опубликовать какую-либо статью с критикой Московской патриархии.

В настоящее время, как полагают ученые, свободомыслящий человек живет в совершенно иную эпоху – и не в советскую, и не в христианскую. По словам главного редактора журнала «Вопросы философии» В.А. Лекторского, дело уже не в давлении со стороны Русской Православной Церкви Московского патриархата, и не в ситуации в стране. Дело в том, что европейская культура развивается уже вне церковного христианства и вне ценностей христианской культуры. По мнению В. Лекторского, наступила постхристианская фаза развития в истории Европы, базовые ценности, заложенные Церковью, подвергаются сомнению и разрушаются. Однако вслед за Л.Н. Митрохиным Лекторский заметил, что хотя христианство и изживает себя, но в европейскую культуру придет другое понимание религии.

Ученые, хранители советской научной традиции и серьезной профессиональной школы, как оказалось, превратили свои марксистские убеждения в честные моральные принципы. Многие из них не остались коммунистами, как склонны считать многие студенты, а стали «дедушками» нынешней науки, для которых верность слову, идее интеллектуальному поиску превыше всего. Сохраняя свои стереотипы, они ограждают от поверхностного суждения о месте религии в обществе и в политике, а также о том, во что верит большинство населения, которое еще в 1988 году заявляло о неверии, а спустя пару лет стало называть себя православным. Как отметил В. Гараджа, «наша недавняя история — это школа легкого отречения от своих убеждений, которая ведет к потере себя».

Роман Лункин,
«Портал-Credo.Ru».

 

Выставка посвящена 85-летнему юбилею Льва Николаевича Митрохина, выдающегося ученого, академика и талантливого исследователя. О выставке рассказала Мария Владимировна Колмакова.

Представить все печатные работы, оставленные нам Л.Н. Митрохиным, в рамках одной выставки практически невозможно, потому остановимся на основных трудах, которые особенно важно отметить для понимания становления научного подхода академика.

Родился будущий ученый 1 марта 1930 года. Начало научной деятельности Льва Николаевича Митрохина приходится на 50-е годы прошлого века. В 1953 году он закончил обучение на философском факультете МГУ на кафедре логики. В 1956 году под руководством Т.И. Ойзермана защитил диссертацию на соискание степени кандидата философских наук. Название диссертационного исследования звучало следующим образом: «Критика логического прагматизма (Ф.К.С. Шиллер)», данная работа обозначила интерес автора к одному из наиболее влиятельных направлений «современной американской идеологии». Выходит в свет целый ряд работ, посвященных этой теме: «Проблема понятия в логике прагматизма», «Об основных чертах и направлениях современной буржуазной философии», «Критерий истины в философии прагматизма» и другие. Автор пытается выявить и обозначить недостаточность и противоречивость английских и американских философских учений. На примере воззрений Шиллера он показывает, что прагматизм, или «субъективный прагматизм», имеет реакционную сущность и не ведет к какому-либо прогрессивному развитию мысли. В этом смысле не случаен интерес к труду Э. Кассирера «Нигилизм Джона Дьюи». В соавторстве с Ю.К. Мельвилем Л.Н. Митрохин пишет рецензию на данную книгу, в которой представляет серьезный анализ прагматизма и взглядов Джона Дьюи.

Воспитанный такими известными учеными, как А.И. Клибанов, Т.И. Ойзерман и другие, он со студенческих времен усвоил основные принципы советского научного подхода, а потому не случаен интерес молодого философа к трудам К. Маркса и Ф. Энгельса, изучению которых он отводит достаточно большое время. Знакомство с оригинальными произведениями представителей западной мысли формирует некоторую неудовлетворенность имеющимися знаниями и переводами, которые имели место в советский период. Позже он писал об этом на страницах своих работ и упоминал в интервью. Но для нас важно отметить значение этих работ для формирования методологии последующих исследований.

В дальнейших работах Л.Н. Митрохин обращает внимание на те проблемы, которые развиваются в философии, некоторому ее упадку, что наглядно демонстрируется на примере развития большого количества школ и течений, приписывающих себе статус философских. В ходе анализа деятельности подобных групп Л.Н. Митрохин обращает пристальное внимание на религию, особенно на деятельность религиозных организаций. В их идеологическом посыле он видит схожую реакционную сущность, то же стремление к обособлению и самовосхвалению, которое присуще современным философским школам и различным их ответвлениям. В это время в работах Л.Н. Митрохина формируется более четкое представление о необходимости разделения марксизма как идеологической установки и марксизма как методологического принципа. Особенное развитие эта мысль получает в период 70–90-х гг. ХХ века.

Кроме того, на выставке представлены работы, посвященные более узким темам, которые можно выделить в творчестве Льва Николаевича Митрохина.

Вначале мы располагаем работы, опубликованные под псевдонимами. Эти работы можно выделить в целый самостоятельный блок. Всего мы знаем о 22 работах, опубликованных под псевдонимами. Известны такие псевдонимы, как «Митнев К.», «Литератор», «Хостин Л.», «Л. Сонин», «Л.Н. Сонин», «Лемин», «Л. Николаев» и «Тимошин Л.».

Об этих псевдонимах мы знаем из библиографии, составленной самим Л.Н. Митрохиным. Некоторые работы, подписанные псевдонимами, встречаются однократно, в основном это ранние публикации (конца 50-х – середины 60-х гг.).

С 1974 по 1978 годы Митрохин работал в США, где ему удалось познакомиться с представителями религиозных организаций и больше узнать о специфике развития их общин. Знакомство с ними достаточно сильно повлияло на воззрения ученого и его отношение к религии. Это можно наглядно увидеть в одном из самых значительных корпусов работ, опубликованных под псевдонимом «Тимошин Л.». Данные работы вышли в свет в период с 1982 по 1985 гг. в журнале «Наука и религия», они посвящены «религиям нового века», которые стали особенно популярны среди американской молодежи в ХХ веке. Позже эти работы (11 публикаций) были собраны и представлены в монографии «Религии нового века».

Проблема возникновения и распространения религиозных организаций становится одним из немаловажных направлений исследовательского интереса Л.Н. Митрохина. Значительный интерес автор проявляет в отношении баптизма. Исследованиям учения и специфике формирования указанной религиозной организации он посвятил много времени.

В 1966 году Л.Н. Митрохин защищает докторскую диссертацию на тему «Философская практика современного протестантизма (баптизм)». В это же время были написаны и опубликованы такие работы, как «В чем вред баптизма», «Американские миражи», «Социальная философия Мартина Лютера Кинга» и многие другие. Позже, в 1997 году, вышла монография, в которой автор постарался аккумулировать свой интерес к указанной религиозной организации и основные выводы, которые были сформированы в течение нескольких десятилетий, посвященных изучению данной темы.

Далее представлены работы, посвященные религиозным организациям, которые имели особенности развития в отечественной культуре. Изучение сектантства занимает здесь значительную часть. В данных работах автор не занимается проведением анализа догматических учений отдельных религиозных воззрений в деталях (описывая только общие положения учений и их идеологические особенности в необходимом количестве), но ему интересно выявить систему этих взглядов, уловить их социокультурную основу и поместить их на одну плоскость рассмотрения, показать их деятельность как единое явление.

Очевидно, что условия развития научной мысли данного исторического периода, а именно 60–70-х годов ХХ века, были не вполне комфортными для более детального изучения деятельности любого вида религиозных организаций, а также философского содержания их доктрин и особенностей, потому исследования, которые были проведены, несут в себе неизгладимый «отпечаток времени». В большинстве случаев попытки исследования тех или иных религиозных учений, не имеющие «одобрения вышестоящих органов власти», заканчивались далекими от конструктивной критики результатами, чем очень осложняли развитие знаний в данной области.

В 90-е годы ХХ века идеи необходимости изучения религии, развития религиоведческого подхода становятся особенно важными в трудах ученого. С 1991 года Л.Н. Митрохин становится профессором Института философии РАН. В 1994 г. он был избран членом-корреспондентом Российской академии наук. С 2000 г. становится действительным членом Российской академии наук. Являлся главным редактором журнала Президиума РАН «Social Sciences», членом редколлегии журнала «Вопросы философии», действительным членом Международной академии информатизации. И продолжал заниматься проблемой философского осмысления религии.

7 января 2005 года Лев Николаевич Митрохин ушел из жизни, менее двух месяцев не дожив до своего 75-летия.

Исследования Льва Николаевича Митрохина носили характерные «отпечатки времени», которые свидетельствуют о специфике становления советской и постсоветской философии религии, оформлении отечественного религиоведения, сектоведения и многих других наук гуманитарного направления. Не будет ошибкой сказать, что сегодня практически ни одно исследование религии и философского ее понимания не обходится без изучения работ Льва Николаевича Митрохина.

На выставке представлены основные печатные труды Льва Николаевича Митрохина, а также работы, посвященные его научно-исследовательскому пути. Общее количество представленных экспонатов – 90 единиц.