Институт Философии
Российской Академии Наук




  История сектора
Главная страница » » Сектор гуманитарных экспертиз и биоэтики » История сектора

История сектора


ИСТОРИЯ СЕКТОРА ГУМАНИТАРНЫХ ЭКСПЕРТИЗ И БИОЭТИКИ

 

 

Становление исследований по философской биоэтике в нашей стране

                                           Интервью, посвященные истории института человека и сектора биоэтики

 

 

Становление исследований по философской биоэтике в нашей стране

 

Исследования в области философской биоэтики в нашей стране сформировались в контексте того философского течения, которое стало доминировать в 1970-1980-е гг.: логика, методология и философия науки. Одним из лидеров этого течения в области философии биологии был академик И.Т. Фролов. Специфический поворот исследований, который был проложен И.Т. Фроловым в середине 1970-х гг., был связан с выдвижением проблематики перспектив человека в условиях биологического этапа научно-технической революции. В работах середины 1970-х гг. И.Т. Фролов поставил вопросы об этике генетики, о социальных рисках и этических проблемах техногенного вмешательства в физиологию и генетику человека.

Подвергая философскому осмыслению современную стадию научно-технической революции, И.Т. Фролов обозначал её как «век биологии». Он хорошо видел, что эта стадия несёт с собой одновременно новые возможности и новые опасности для человечества, что завязывается целый узел глобальных проблем, создающих угрозу как здоровью человека, так и среде его обитания. Отсюда он приходил к выводу, что философский анализ процессов научного и, в частности, биологического познания не может ограничиваться исследованием его гносеологических, методологических и логических оснований, его принципов и методов. «Биологическое познание (как, впрочем, и всякое другое), - утверждал И.Т. Фролов, - это глубоко социальный процесс взаимодействия субъекта и объекта, в ходе которого на протяжении веков его развития вырабатывались сложные социально-этические принципы исследования»i. Непосредственным результатом его исследований стала оригинальная разработка аксиологического базиса методологических норм научного знания и отношений внутри научного сообщества.

И.Т. Фролов исходил из того, что в «большой науке» происходит становление нового типа науки, в котором – особенно с учётом технологических последствий применения научного знания – формулируемые философией социально-этические и гуманистические принципы оказываются встроенными в сам процесс познания, выполняют регулятивную функцию на всех стадиях этого процесса. Наука всё более становится непосредственной производительной силой общества. Поэтому выбирая пути научного познания сегодня, мы одновременно тем самым выбираем перспективы человека, его будущего. Осуществляя этот выбор мы неизбежно исходим из определённых представлений о том, что такое человек, каким он желает быть. Но, стремясь улучшить человека, вполне ли мы понимаем сегодня, что он такое. Любое искажение «образа человека» может нанести в этих условиях непоправимый вред его будущему. Достаточно указать на такие отрасли современной науки как ядерная физика, биотехнология, генетическая инженерия, психохирургия, достижения которых способны оборачиваться как говорил Иван Тимофеевич, модифицируя формулу католического обряда, «на горе и на радость» человечеству. Без гуманистического вектора, который обеспечивает научная философия, в процессе познания будут возникать абсолютизации, искажающие его человеческое предназначение.

Претензия человека на преобразование живой природы и себя самого с помощью современной науки порождает этические проблемы, которые возникают при всяком вмешательстве, затрагивающем человеческую уникальностьii. В результате, по мысли И.Т. Фролова, в качестве главной во весь рост встаёт проблема человека и его будущего. В этих условиях, утверждал И.Т. Фролов, гуманистическая компонента научно-технического прогресса уже не может быть отделена от самого процесса познания.

И.Т. Фролов показывал в своих работах, что учёный, для которого сам человек становится объектом, не может ограничиваться традиционным принципом объективности познания и ссылаться на этическую нейтральность науки. И.Т. Фролов постоянно обращал внимание научного сообщества и широких кругов общественности на те опасности, которые порождает использование достижений современной науки в целях «переделки» человеческой природы. Он подчёркивал как ограниченность любых наличных знаний о биологии и генетике человека, так и относительность любых представлений о том, каким должен быть «идеальный» человек. Иван Тимофеевич обращал внимание на то, что личность человека изменяется медленнее развития науки и техники, и здесь возникают «ножницы», создающие угрозы для человечества. Уровень нравственной ответственности тех, кто владеет достижениями современной науки может оказаться гораздо ниже уровня самих этих достижений. Серьёзную опасность для неповторимой человеческой индивидуальности представляют любые манипуляции с генетикой человека. И.Т. Фролов говорил, что поскольку в генной инженерии затрагиваются самые интимные механизмы генетических саморегулирующихся процессов, молекулярные биологи достигли края экспериментальной пропасти, которая может оказаться страшнее той, что разверзлась перед человечеством с созданием ядерного оружия. Поэтому, утверждал И.Т. Фролов, нужно обладать не только знаниями, но и мудростью, с тем, чтобы не применять знание, могущее навредить человеку. Обращение И.Т. Фролова к нравственно-гуманистической проблематике, сыграло значительную роль в преодолении технократического мышления в нашей стране.

Вместе с тем, И.Т. Фролов предостерегал от распространения правовых регламентаций на фундаментальную науку, в которой свобода поиска не должна испытывать внешние ограничения, что может затормозить фундаментальные исследования в науках о жизни и человеке. Иван Тимофеевич предлагал более разумный подход, обнаруживающий гуманистические императивы в самой науке. Американский историк биоэтики Р.Т. Де Джордж писал по этому поводу: «И.Т. Фролов, являющийся одним из ведущих философов, интересующихся проблемами биоэтики, не пожелал высказать в своих работах каких-то нормативных суждений о генетической инженерии, считая, что дело философов – не предписывать нормы, а ставить этические вопросы, выяснять их генезис и т. д.». И.Т. Фролов возлагал определённые надежды на этическое самосознание учёных, много сделал для изучения и пропаганды различных этических кодексов, вырабатываемых самими учёными, в частности генетиками и микробиологами. Однако, И.Т. Фролов осознавал при этом, что этические правила, имеющие регулирующее значение, работают лишь в отношении тех людей, которые вообще в своём поведении руководствуются какими-то нравственными принципами. Никакое следование этическим кодексам не может заменить нравственного поведения, ставшего для человека естественным и единственно возможным. В связи с этим И.Т. Фролов ставил вопрос о характере и принципах устройства того общества, которое обращает науку против человека. Перспективу гармонизации научного и нравственного развития И.Т. Фролов связывал с социалистическим переустройством человеческого общества. И.Т. Фролов был убеждён, что общество, где господствует частный интерес, по своей природе не способно к демократическому и гуманному контролю, в частности, в области генно-инженерных экспериментов. Предвидение И.Т. Фролова находит своё подтверждение сегодня, когда средства массовой информации регулярно сообщают о тех или иных попытках автономно осуществить клонирование человека в коммерческих целях.

Суть позиции И.Т. Фролова заключалась, в том, что необходимо преодолеть отрыв этической проблематики от собственно научного исследования, а этику науки мыслить не изолированной и самодостаточной, а в социальном контексте. Социально-этическая проблематика неотрывна от самого процесса современного научного исследования, входит в него непосредственно, не есть какой-то «довесок» к исследованию, имеющий смысл разве что при оценке его результатов, как то трактуется при позитивистских подходах. Для иллюстрации достаточно указать на проблему констатации момента смерти человека в биоэтике и реаниматологии: в качестве кого рассматривать продолжающее жить тело, в котором необратимо разрушается мозг, или же – на проблему разумности и гуманности продления индивидуальной жизни «до бесконечности». Вследствие того, что познавательная деятельность является целенаправленной и целеосознанной, «она неизбежно приобретает и нравственно-этическое содержание»iii.

Согласно И.Т. Фролову, с одной стороны «в современной науке социально-этические проблемы возникают при рассмотрении каждого отдельного научного открытия, отдельной научной задачи и по отношению к целям науки в целом. Поэтому нынешние дискуссии по этическим проблемам науки не есть нечто временное, преходящее. Они становятся неотъемлемой чертой научной деятельности, что является свидетельством нового этапа развития науки»iv. С другой стороны, социально-этическая проблематика «не имеет однозначных, пригодных на все времена решений; здесь нет и однонаправленного движения познания, при котором каждое последующее решение как бы дополняет предшествующее»v.

Поэтому философские принципы этики науки и, в частности, биоэтики, обретают сегодня как нельзя более практическую значимость. В современном научном познании мы сталкиваемся с познанием индивидуального как индивидуального, с познанием казусным, прецедентным, но от этого не утрачивающим объективность, которая в новых науках о человеке совсем не равнозначна бессубъектности. Напротив, объективность познания здесь переходит на более фундаментальный уровень, так как приходится постоянно соотносить основания и социальной и гносеологической позиции познающего субъекта с каждой новой познавательной ситуацией, ставя всегда под вопрос и эти самые основания. Объективность здесь, в том числе, «состоит в перманентной диалогичности, предполагающей возбуждение активной духовной деятельности субъекта, его постоянные переживания ситуаций, не имеющих порой аналогов и образцов… И всё же в этой области возможна ориентация на объективные ценности, поиск которых обнаруживает определённые закономерности, не имеющие, правда, жёсткого характера»vi.

 

Дискуссии и экспертные работы по биоэтике в 1970-е – 1980-е гг.

 

Формой, посредством которой И.Т. Фролов стимулировал постановку этических проблем изучения человека в отечественной науке, стали организованные им «круглые столы» в журнале «Вопросы философии».

Тематика «круглых столов» «Вопросов философии» была весьма разнообразной. Но чрезвычайно показательно, что в качестве первой темы для обсуждения за «круглым столом» И.Т. Фролов выбрал тему «Генетика человека, её философские и социально-этические проблемы» (1970. № 7, 8). В дискуссии принимали участие Н.П. Дубинин, А.А. Нейфах, Н.П. Бочков, А.Н. Леонтьев, А.А. Малиновский и др. И.Т. Фролов во вступительном слове нацеливал беседу прежде всего на позитивную разработку биоэтических проблем.

Новаторской была тема «круглого стола» «Наука, этика, гуманизм» (1973. № 6, 8). Постановка вопроса об этике науки было тогда нетипичной; не только исследованиями, но и серьёзным осмыслением этих проблем почти не занимались. Цель И.Т. Фролов видел в преодолении, как он говорил, «технократических перекосов» не только в обществе, в мышлении руководителей, но и в мировоззрении самих творцов науки. В достаточно остром обсуждении приняли участие В.А. Энгельгардт, А.А. Малиновский, Т.И. Ойзерман, Б.М. Понтекорво, М.В. Волькенштейн, Н.В. Мотрошилова, М.А. Лифшиц, М.К. Мамардашвили, А.Ф. Шишкин, В.Ж. Келле, Э.Г. Юдин, В.С. Марков и др. Спор вращался вокруг соотношения исследовательских и ценностных сторон научного познания, и И.Т. Фролов указывал на различие между традиционным пониманием науки, выносящим нравственные проблемы за скобки, и современным, в соответствии с которым этическая проблематика включается в само «тело» науки. Наука, ставшая социальным институтом, не может быть свободна от социальных целей, не может не испытывать влияние общественных идеалов. В особенности это касается такой науки, как современная биология, вмешивающаяся в самые интимные механизмы воспроизводства жизни.

Спустя 20 лет И.Т. Фролов дал такую оценку дискуссиям в журнале «Вопросы философии» по проблемам биоэтики, этической ответственности учёных: «У нас господствовала точка зрения, согласно которой наука ценностно абсолютно нейтральна. Были идеологические препятствия, которые пришлось преодолевать журналу, и в этом его заслуга»vii.

Публикации И.Т. Фролова 1970-х гг. по этике науки расцениваются сегодня как «по существу создание нового проблемного поля и даже введение новой дисциплины – до этого в нашей стране никто этими сюжетами не занимался. Вместе с тем это было и новым пониманием способов взаимодействия философии и науки»viii.

В книге И.Т. Фролова «Прогресс науки и будущее человека» (1975) проблемам этики науки посвящены две главы из пяти. И.Т. Фролов ставит проблему нравственного выбора учёного, исследующего человеческую природу как объект. Опираясь на имеющиеся результаты познания человека, И.Т. Фролов обращает внимание на то, что избавление человека от груза патогенных мутаций может негативно сказаться на работе генов, коррелятивно связанных с патогенными, и вообще привести к снижению генетического разнообразия вида «человек». И.Т. Фролов выдвигает вполне убедительный философско-этический аргумент о недопустимости евгенических экспериментов. Он говорит о неактуальности евгенического вмешательства в настоящее время, когда человечество вполне может развиваться на имеющейся генетической основе; когда же данная проблема станет актуальной для человечества в отдалённом будущем, оно найдёт не только адекватные и безопасные технические пути её решения, но и сумеет выработать разумные, благородные и гуманные способы её практического примененияix. Сегодня же ни наука, ни общество не готовы к вмешательству в биологию человека. Формулирование данного принципа является, на наш взгляд, существенным достижением этико-научной концепции И.Т. Фролова.

Вместе с тем, И.Т. Фролов разграничивает евгенические утопии и генную инженерию, как составную часть научного познания, поскольку её вмешательство в аппарат наследственности носит достаточно ограниченный характер. Признание ограниченной допустимости генетической инженерии в свою очередь остро ставит вопрос об определении границ такой допустимости. Пределы допустимости, границы познания – не вопрос самой науки, это вопрос должен решаться, исходя из философских, мировоззренческих принципов и зависит от принятых в обществе социальных приоритетов. Вопрос, считает И.Т. Фролов, должен рассматриваться в широком социальном и гуманистическом контексте. Всякое экспериментальное вмешательство в биологию человека требует не только этического регулирования, но и ставит острые социальные проблемы, возникающие при первой же попытке такого вмешательства. Собственно, веер альтернатив, встающих в этой ситуации перед людьми в социально разделённом обществе, которые обсуждает И.Т. Фролов, был с большой художественной убедительностью обозначен ещё в дискуссии героев пьесы К. Чапека «Средство Макропулоса». Продолжая гуманистическую традицию осмысления этих проблем, И.Т. Фролов, в частности, резко высказывается по поводу антигуманности реакционных утопий о создании генетическим путём элиты и обслуживающих её работников, «выведенных» для выполнения тех или иных определённых видов работ. Так, он подвергает критике сциентистский оптимизм лауреата Нобелевской премии Дж. Ледерберга, поскольку соблюдение принципа личного согласия меньшинства людей на создание своих генетических копий, о котором говорил этот учёный, создаёт лишь видимость свободы выбора, но не даёт никаких гарантий человечеству и может обернуться созданием элиты, угрожающей обществу.

Позитивный результат этико-научных дискуссий И.Т. Фролов формулирует следующим образом: этические принципы генетического контроля должны определяться не теми или иными частными, в том числе, политическими задачами, а представлениями о сущности человека, о, так сказать, норме человеческого. И заузить понимание человеческого в этой ситуации опаснее, чем исходить из безграничности его перспектив.

Нельзя не отметить того факта, что постановка И.Т. Фроловым в книге 1975 года издания этических проблем «клонированного человека» была для советской научной и философской литературы уникальным явлением и новаторским прорывом, открывающим саму возможность дискуссии по ним, создающим проблемное поле для этой дискуссии.

Новаторской была постановка И.Т. Фроловым и вопроса о выработки социально-нравственных принципов этики генетического контроля. И.Т. Фролов посвятил этому вопросу во второй половине 1970-х – первой половине 1980-х гг. ряд своих статей. В частности, в работе 1976 г. он прозорливо замечал, что о возможностях, открываемых генетической инженерией перед человечеством «сейчас много пишут, не всегда, правда, соблюдая разумную осторожность и научную обоснованность в прогнозах и не придавая особого значения опасностям, которые нас подстерегают на этом пути», подчёркивал «глобальный характер возникших здесь опасностей»x.

И.Т. Фролов считал насущной задачу разработки этического регулирования сферы воздействия на биологию человека. «Всякое экспериментирование на человеке означает частичное вторжение в неотъемлемые свободы и права человека, но оно может ограничиваться настолько, чтобы быть адекватным системе моральных и иных ценностей общества и являться следствием свободно принимаемых решений», - формулировал он критерии подхода к проблемеxi. Этические регулятивы, критерии допустимости и недопустимости, считает И.Т. Фролов, должны определяться в зависимости от понимания исходных философских принципов гуманизма. Познание, которое оборачивается во вред человеку, является социально и гуманистически неприемлемым. Поскольку вмешательство в природу человека сопряжено с угрозой выживанию человеческого рода, оно приобретает статус глобальной проблемы и требует «выработки глобальных критериев в отношении экспериментирования на человеке, которые могли бы быть сведены в единые кодексы, имеющие общемировое значение», и были бы закреплены «системой международных соглашений, регулирующих биологическое (генетическое, медицинское и пр.) познание человека»xii.

Заслугой И.Т. Фролова является то, что он активно информировал советскую общественность об объявленном в июле 1974 г. ведущими генетиками моратории на наиболее опасные направления генно-инженерных исследований и о дискуссиях, имевших место на состоявшейся в феврале 1975 г. в г. Асиломаре (США) Международной конференции, посвящённой обсуждению социальных и этических аспектов экспериментирования в области генетической инженерии. В ряде публикаций И.Т. Фролов подробно изложил итоговые документы конференции, в которых генетические эксперименты были разделены на допустимые и недопустимые и была дана классификация допустимых экспериментов по степени риска. Конференцию он оценил как начало новой эры в сфере этики науки. Известно, что советских учёных, участвовавших в конференции, называли «молчаливыми учёными», поскольку они были связаны мнением руководителей советской науки, настаивавших на активном проведении молекулярно-биологических исследований в условиях острой конкуренции с западной наукой. Такое отношение было заведомо не совместимо с нравственно ответственным определением пределов познания. Сам И.Т. Фролов так вспоминал о сложившейся в результате Асиломарской конференции ситуации: «На ней наших учёных называли “молчаливые учёные” – у нас не было позиции. Тривиальную какую-то позицию занимать, чисто социологизаторскую, нашим учёным было неудобно, поэтому они молчали. Правда не все молчали. Были и активные противники обсуждения этических проблем. К сожалению, академик Юрий Анатольевич Овчинников считал, что это какая-то провокация, диверсия со стороны Запада, чтобы затормозить генную инженерию в нашей стране, и прямо мне всерьёз об этом говорил. Я у них в то время фигурировал в качестве, так сказать, “марксистского попа”»xiii.

Среди принципов этико-научной концепции И.Т. Фролова важнейшая роль принадлежит «необходимости чёткого признания уникальности и свободы каждой человеческой личности». В этом принципе, действительно, наука, этика и гуманизм смыкаются в диалектическом единстве, поскольку «критерии допустимости и недопустимости экспериментальных манипуляций с человеком определяются в зависимости от того или иного понимания исходных принципов этики и гуманизма»xiv. И.Т. Фролов отдаёт себе отчёт в том, что критерий приоритетности блага человека в генно-инженерных и, вообще, научных исследованиях пока что, к сожалению, зачастую определяется весьма неопределённо и расплывчато. Кто решит, что желательно и оптимально для человека и человечества? Но тем важнее, считал он, больше размышлять и дискутировать по проблемам этики науки с тем, чтобы в этих дискуссиях могла быть отчётливо выявлена антигуманистическая направленность отдельных «образов человека» и его будущего.

Организацией дискуссий по этим проблемам И.Т. Фролов продолжал заниматься и перейдя из «Вопросов философии» в журнал «Проблемы мира и социализма». 14-15 марта 1978 г. в Либице (Чехословакия) состоялся созванный под эгидой редакции журнала международный симпозиум «Диалектический материализм и современная наука», работу которого открыл И.Т. Фролов. В симпозиуме приняли участие философы и естествоиспытатели из 10 европейских стран. И.Т. Фролов пригласил на симпозиум академика Д.К. Беляева, с которым находился в дружеских отношениях. Большой интерес среди участников симпозиума вызвал доклад Д.К. Беляева, в котором были уточнены многие привычные представления о сущности и механизмах живого. Д.К. Беляеву было задано много вопросов, касавшихся возможности генетического закрепления социальных воздействий на человека, правомерности постановки вопроса об эволюционных изменениях человека и пр.

И.Т. Фролов выступил на симпозиуме с докладом о регулятивной роли философии в научном познании. В нём он развивал идею о необходимости опережающего развития социально-гуманистической ответственности учёных по отношению к процессу получения знаний, особенно биомедицинских знаний о человеке. В связи с этим он подчеркнул решающее значение соответствующих социальных условий для того, чтобы этическая саморегуляция науки становилась возможной. И.Т. Фролов высоко оценил Асиломарский мораторий 1975 года на ряд генетических экспериментов. Доклад вызвал большой интерес и много вопросов. В ответ на вопрос генетика из ГДР академика Х. Бёме об искренности мотивов инициаторов моратория И.Т. Фролов сказал, что верит в благородный порыв учёных. Д.К. Беляев задал И.Т. Фролову вопрос о социально-этической оценке возможного в будущем клонирования человека. И.Т. Фролов заметил, что всё это не такая уж отдалённая перспектива. Но пока мы не ответили на вопрос о том, что такое человек! С помощью генетических манипуляций давно хотят выращивать гениев. Но мы пока не ответили и на вопрос о том, что такое гений! И можно ли ответить на него узкогенетически, не беря в расчёт сложнейший комплекс различных факторов? Предпринимать попытки копировать гениев не только опасно, но и бессмысленно, утверждал И.Т. Фролов: «Хватит ли разума, социальной ответственности и силы у человечества, чтобы удержать себя от опасной любознательности? От этого в сущности зависит вопрос о жизни и смерти человечества»xv.

Обсуждение вопросов этики науки И.Т. Фролов продолжил в своём докладе на XVI Всемирном философском конгрессе в Дюссельдорфе (ФРГ). В дискуссии с профессором Г. Стентом И.Т. Фролов подчеркнул, что путь решения дилеммы науки и морали в соответствии с традициями европейской культуры заключается в органичном сочетании этической ответственности учёных со свободой научного поиска. Он был убеждён в том, что принцип объективности познания не противоречит ценностному измерению ни в аспекте аксиологического базиса процесса познания, ни в аспекте взаимоотношений внутри научного сообщества, ни в аспекте отношения науки к обществу в целом.

В поле внимания И.Т. Фролова была и такая сторона исследования этических проблем науки, как вопросы философских оснований гуманитарной экспертизы. В своём выступлении на VIII Кюлунгсборнском коллоквиуме по философским и этическим проблемам биологии в ноябре 1980 г.xvi И.Т. Фролов в качестве острого философского вопроса, который возникает в сфере этики науки, обозначил вопрос о критериях научной эффективности вообще и соответственно – об оценке этой эффективности с гуманистической точки зрения. Превращение науки в непосредственную производительную силу, преобразования жизни людей на основе научно-технического прогресса – это свидетельство высокой эффективности науки. Но на этом пути существует опасность технократического рассмотрения науки, которое всегда сопряжено с узко-политическими целями и ослабляет гуманистическую значимость науки как культурного фактора общественного развития. И.Т. Фролов настаивает на принципе гуманистического измерения эффективности применения достижений науки, в частности на гуманистической экспертизе экономических решений. Сегодня же, говорил И.Т. Фролов, сильная зависимость науки от идеологии и политики государственных структур способствует не возрастанию социально-этической ответственности учёных, а скорее усугубляет «чувства вины», которое стрессовым образом сказывается на учёных. Развитие науки как сущностной силы человека требует от общества овладения этим процессом, требует демократического контроля со стороны общественности за принятием принципиальных политических решений в сфере науки и научного производства.

В результате исследований, проведённых к началу 1980-х гг., И.Т. Фролов смог органически вписать свои идеи в области изучения этики науки и биоэтики в рамки комплексного междисциплинарного подхода к проблеме человека. Проблема определения степени риска в исследованиях, затрагивающих воспроизводство человека требует объединения усилий и естественников, и философов, и правоведов, она должна быть в центре внимания политиков и широкой общественностиxvii. Опыт разработки методологических оснований социологии и этики познания жизни и человека И.Т. Фролов обобщил в своих докладах на Всесоюзной конференции «Философские и социальные аспекты взаимодействия современной биологии и медицины» (20 апреля 1982 г.) и Всесоюзном симпозиуме «Вопросы методологии в психиатрии» (10 февраля 1983 г.).

 

Становление исследований в области гуманитарной экспертизы в нашей стране

 

В докладе на XV Всемирном философском конгрессе, состоявшемся в сентябре 1973 г. в Варне (Болгария) И.Т. Фролов впервые в нашей философии подошёл к формулированию философских оснований гуманитарной экспертизы. И.Т. Фролов считал необходимым осмысливать научно-технический прогресс в контексте его человеческого предназначения. Он обращал внимание на то, что современная стадия научно-технического прогресса, на которой лидером стала биология, преобразует не только природу, но и самого человека, воздействует на его образ жизни и на его физиологию. Возрастает взаимозависимость человека и преобразуемой им природы, складывается комплекс, названный В.И. Вернадским ноосферой. Всё более усиливаются и возможности человека по направленному изменению не только внешней, но и своей собственной природы, и сопряжённые с этим опасности для человека и человечества.

Поэтому в дотоле невиданном масштабе встаёт проблема человека, связанная с насущной необходимостью овладения человеком своими развившимися возможностями, гармонизации научно-технического и социального прогресса, преодоления отчуждения. Перейдёт ли «век биологии» в «век антропологии»? - ставит вопрос Иван Тимофеевич, - что необходимо сделать, чтобы это стало возможным?

И.Т. Фролов вычленяет совпадение гуманистических целей науки и общественного развития в качестве мировоззренческого и методологического принципа, реализация которого зависит, однако, от конкретных социально-исторических условий. В числе таких условий он выдвигает новаторскую для того времени идею «гуманитарной экспертизы», ещё, правда, не вводя прямо этот термин.

После Чернобыля и Арала, проектов «поворота рек» и тому подобных социоантропогенных бедствий такая постановка вопроса начала казаться само собой разумеющейся. Но в начале 1970-х гг., когда ещё были сильны традиции «строить любой ценой», помыслить не о технической или, так сказать, политической, а о какой-то там гуманитарной экспертизе народнохозяйственных проектов – для этого надо было обладать интеллектуальным мужеством и гуманистически направленной волей к будущему.

И.Т. Фролов писал: «Сегодня все меры по развитию народного хозяйства, развёртыванию строительства, подъёму культуры, организации общественной жизни должны так или иначе включать в себя в качестве органического элемента проблемы человека, его возможностей и запросов, его развития в условиях, когда становится возможным раскрытие подлинного богатства человеческой природы»xviii. Не развитие производства – как то было как при капитализме, так и при советской исторической форме социализма, а развитие человека должно быть социальным приоритетом.

В соответствии с установкой на синтез науки и гуманизма И.Т. Фролов определял и задачи философского познания человека. Он выдвигал идею «общей антропологии», которая преодолела бы существующий дуализм философской антропологии и изучения человека конкретными науками. Философия формулирует мировоззренческие и методологически е принципы изучения человека. Но эти принципы, подчёркивал он, не смогут работать, если «не будут рассматриваться (как это зачастую и делается во многих философских работах, опирающихся лишь на историко-философский материал) с учётом особенностей их действия в отдельных науках и в решении специфических проблем гуманизма: соотношения социальных и биологических факторов развития человека в “век биологии”, возможностей и пределов медицинской и генетической инженерии, экологии человека и т. п.»xix.

Всякое серьёзное продвижение науки сегодня прямо затрагивает существование человека и его будущее. Возникающие здесь эффекты и влияния в поле зрения естествоиспытателей не входят. Но эти гуманитарные последствия естественнонаучных открытий и проектов необходимо изучать, причём изучение должно носить действенный характер. Необходима работающая система, сочетающая естественнонаучное познание, гуманитарные исследования и политические решения, нужны и организационные формы, обеспечивающие координацию.

И.Т. Фроловым была выдвинута идея о важнейшей роли гуманистических, социально-этических принципов-регулятивов в отношении научных исследований. Гуманистические регулятивы представляют собой реализацию координирующей и направляющей роли философии в научном исследовании человека и очеловеченной природы. В общей форме эти идеи были высказаны им уже в первой половине 1970-х гг. Он рассматривал гуманистические регулятивы как опосредующие звенья между философией и науками изучающими человека, то есть, теперь, по существу, со всеми науками. Тем самым постепенно складывается комплекс – единая наука о человеке, соединяющая естественнонаучное и гуманитарное познание.

Сознательное осуществление непосредственной научной деятельности на основе гуманистических приоритетов, выдвинутое И.Т. Фроловым в качестве нового идеала научной деятельности, очевидно расходилось с традиционным пониманием науки как служения «чистому познанию». Вместе с тем это не было просто пропагандой «классовости» науки, столь характерной для советской философии. И.Т. Фролов стремился показать органичность гуманистической направленности для самого существа научно-познавательной деятельности. Он обращал внимание своих потенциальных оппонентов из лагеря сторонников «чистой, ценностно-нейтральной науки» на то, их идеал является односторонним представлением, весьма тощей абстракцией, отвлекающейся от многих компонентов функционирования современной науки, которые тем не менее неотъемлемы от её сущности. Сама наука, отмечал И.Т. Фролов, является одной из важнейших ценностей культуры. Будучи сущностной силой человека, она призвана служить его благу и «в этой своей функции она и определяется в ценностном смысле»xx.

Верно это не только в отношении науки вообще, но и в непосредственной практике научной деятельности. Выбор объекта познания, принятие учёным решения о том, для чего следует познавать то или иное, в действительности является выражением ценностной ориентации, органически встроенной в сам процесс научного исследования. Постановка задачи в научном познании оказывается результирующей целого ряда факторов, традиционно понимаемых как вненаучные, таких, как социально-историческая готовность общества к решению очередной научной задачи и потребности социальной практики. Тем более очевидным это становится по мере развития науки как социального института и превращения её в непосредственную производительную силу общества. Если же в центре внимания науки оказывается человек, воздействие на такой объект заведомо не может не затрагивать социально-этическую сторону дела, а, стало быть, тут по определению не может быть «чистого» познания. Комплексное понимание развития науки позволяет, полагал И.Т. Фролов, увидеть историчность и изменчивость целей научного познания, определяющую роль по отношению к которым играют социальные и даже политические факторы. Необходимо не отвлекаться от факта этого влияния, прячась за имманентную моральность поисков истины, а напротив – сознательно контролировать его, осуществляя социально-этическое регулирование науки. Не располагая встроенными в сам процесс научной деятельности этико-гуманистическими регулятивами, наука может стать лёгкой добычей политиканов, использующих полученные ею результаты в узкокорыстных целях. Особенно дорого это может обойтись человечеству в «век биологии».

В развёрнутом виде идея регулятивов была изложена И.Т. Фроловым в докладе на III Всесоюзном совещании по философским вопросам современного естествознания в 1981 г. И.Т. Фролов рассматривал в докладе соотношение принципа объективности научного познания и ценностных аспектов истины. Он показал, что сциентистский подход фактически оборачивается иррационализмом, поскольку не способен усмотреть социокультурный контекст собственных гносеологических установок, но уж во всяком случае от ценностных суждений не свободен и свободным быть не может. С другой стороны, «ценностная ориентация научного познания (в том числе философская и идеологическая направленность и в этом смысле – партийность), если она мотивирована объективно, то есть и сама оказывается результатом научного познания, уже не выступает по отношению к нему как нечто чуждое, а потому внешнее, способное лишь искажать истину»xxi.

И.Т. Фролов, таким образом, распространяет критерий объективной истинности и на ценностные суждения в науке. Практика, человеческая предметно-преобразующая деятельность требует объективности познания для верной ориентировки в действительности ради дальнейшего развёртывания человеческих сущностных сил. Сама человеческая деятельность есть основание объективной значимости ценностей. Сопряжение научного познания человека с нравственной оценкой хода и результатов этого познания оправдано, поскольку человек как развивающее себя общественное существо выходит за рамки своего биологического существования.

По мысли И.Т. Фролова, объективные ценности выступают в форме регулятивов современного научного познания. Подобные регулятивы представляют собой универсальные (общечеловеческие) ценности, наполненные конкретно-историческим содержанием, отражающим настоящее и перспективное состояние предметно-преобразующей деятельности человечества на данном этапе его развития. Эти регулятивы предстают в качестве целей социального развития человечества, которые применительно к науке означают поиск истины и ориентацию в преобразующей деятельности человека на реализацию его сущностных сил. Если такие регулятивы заработают в познании и практике, человек не будет производить и использовать научное знание во вред самому себе.

Но для того, чтобы развитие науки как сущностной силы человека шло не в ущерб человеку, а под контролем человека, человек сам должен быть в состоянии контролировать себя. В этом смысле И.Т. Фролов и говорил о социально-этических регулятивах. Ценностное регулирование познания не исчерпывается одной лишь этикой науки. Решающую роль здесь будет играть состояние социальных отношений. Отчуждённое, социально разделённое в себе общество не будет в состоянии совладать с собственным научно-техническим развитием, не способно целостному видению человека. Этическая сторона регулятивов научной деятельности обусловлена, таким образом, социальной стороной, и регулятивы эти отражают состояние общества в целом, а не только научного сообщества.

Сформулировав общие принципы гуманистической этики науки, И.Т. Фролов применял их к разработке философских оснований гуманитарной экспертизы. В своём выступлении на 8-м Кюлунгсборнском коллоквиуме по философским и этическим проблемам биологии в 1980 г. И.Т. Фролов в качестве острого философского вопроса, который возникает в сфере этики науки, обозначил вопрос о критериях научной эффективности вообще и соответственно – об оценке этой эффективности с гуманистической точки зрения. Превращение науки в непосредственную производительную силу, преобразования жизни людей на основе научно-технического прогресса – это свидетельство высокой эффективности науки. Но на этом пути существует опасность технократического рассмотрения науки, которое всегда сопряжено с узко-политическими целями и ослабляет гуманистическую значимость науки как культурного фактора общественного развития. И.Т. Фролов выдвигал в своём докладе принцип гуманистического измерения эффективности применения достижений науки, в частности гуманистической экспертизы экономических решений. Сегодня, говорил И.Т. Фролов, сильная зависимость науки от идеологии и политики способствует не возрастанию социально-этической ответственности учёных как некоторого внутреннего чувства, а скорее возрастанию чувства вины, которое стрессовым образом сказывается на учёных. В этих условиях для этики науки наиболее актуальным становится вопрос о гуманистическом предназначении науки, и он должен решаться адекватно современному уровню развития науки. Бесконтрольное развитие науки, наносящее ущерб человечеству – на совести прежде всего политиков. Поэтому развитие науки как сущностной силы человека требует от общества овладения этим процессом, требует демократического контроля со стороны общественности за принятием принципиальных политических решений в сфере науки и научного производства.

 

Экспертная деятельность в области экологии

 

В свете данного И.Т. Фроловым понимания этики науки для учёного вполне естественным является функционирование и в качестве прогрессивного общественного деятеля, стремящегося к гуманизации социальных условий применения результатов научного познания. Если условия позволяют участвовать в практической политике – нужно использовать эти условия, если же подобные возможности ограничены или закрыты – нужно сосредотачиваться на практической работе по просвещению возможно более широких кругов общественности. Сам И.Т. Фролов как учёный и организатор науки может служить хорошим примером такого сочетания гуманистически ориентированных научной и общественной деятельности. Он добивался того, чтобы факты угрожающего человеку и человечеству применения достижений современной науки «стали достоянием широкой общественности»xxii.

И.Т. Фролов участвовал в работе ряда правительственных комиссий и стремился противодействовать технократическим перекосам в развитии страны, добивался учёта человеческого фактора при осуществлении народно-хозяйственных, научно-технических и инженерно-технологических проектов.

В 1982–1984 гг. И.Т. Фролов входил в состав Экспертной комиссии Госплана РСФСР по рассмотрению технико-экономического обоснования проекта переброски части стока северных рек в бассейн Волги и Каспийского моря, разработанного НИИ «Союзгипроводхоз» в 1982 г. Комиссия была организована после того, как одиннадцать академиков и членов-корреспондентов обратились в Политбюро ЦК КПСС. Они выразили обеспокоенность тем, что в принятой на майском (1982 г.) Пленуме ЦК КПСС Продовольственной программе СССР содержалось положение о начале переброски части стока северных рек в бассейн реки Волги. Учёные обратили внимание руководителей страны на многочисленные негативные последствия данного решения, его неподготовленность и попросили образовать Экспертную комиссию по этому вопросу и не утверждать проект переброски рек без согласия Комиссии.

Комиссия была образована. Выдающуюся роль в её работе сыграл академик А.Л. Яншин. В составе Комиссии было выделено несколько подкомиссий. И.Т. Фролов работал в подкомиссии «Экология и охрана природы». Члены подкомиссии подготовили экспертное заключение, которое было утверждено на заседании подкомиссии 14 июня 1983 г. Подкомиссия рекомендовала отказаться от проекта переброски рек в связи с ожидаемым значительным нарушением многих экосистем и прекратить все проектные и строительные работы. Среди аргументов назывались высокая затратность проекта, явно заниженная его разработчиками, устарелость данных о понижении уровня Каспийского моря, опасность заболачивания значительных территорий Севера страны, несоответствие качества северной воды потребностям Юга (солёность воды), отрицательные последствия переброски рек для экологии, возможное обострение эпидемической ситуации, экономический ущерб для судоходства, рыбного и лесного хозяйства, животноводства в бассейнах отъёма вод, необходимость эвакуации сотен тысяч людей и связанные с этим социально-культурные проблемы.

И.Т. Фролов в проект заключения вписал позицию о том, что решение о переброске рек является по существу ошибочным и должно быть отвергнуто как в ближайшее время, так и в отдалённой перспективе. Вместе с тем он считал полезным изучить проведённые Минводхозом СССР мероприятия в рамках проекта переброски в качестве опыта на будущее.

На принятии Комиссией отрицательного решения по проекту «поворота рек» оказали влияние и выводы другой подкомиссии – «Охрана памятников истории и культуры» (руководитель – профессор С.Н. Чернышёв), осуществившей собственно гуманитарную экспертизу проекта. На И.Т. Фролова выводы С.Н. Чернышева и его подкомиссии произвели сильнейшее впечатление, в связи с чем оба учёных неоднократно обменивались письмами. В документе подкомиссии С.Н. Чернышева содержались поистине страшные данные о неминуемой гибели сотен памятников истории и культуры в случае реализации проекта. Учёные установили, что «Союзгипроводхоз» не спроектировал защитных мероприятий по памятникам, а многие существующие памятники просто не были выявлены и учтены при подготовке проекта переброски рек. В частности, академик Д.С. Лихачёв показал катастрофические последствия переброски для сохранности памятников истории и культуры Севера страны (Кижи, Соловецкий и Кирилло-Белозерский монастыри и др.).

В 1984 г. в Госплане РСФСР прошло заседание Экспертной комиссии. Выступающие отметили, что проект переброски рек не содержит необходимого экологического и социально-экономического обоснования, не учитывает возможных изменений биосферы. И.Т. Фролов представил своё экспертное заключение. В нём он констатировал серьёзные изменения в общественном сознании, наступившее понимание того, что экономический эффект не может достигаться любой ценой. Сама практика экспертизы данного проекта подтвердила стыковый характер экологии, необходимость учёта не только естественных и технических, но и социальных и гуманитарных параметров. Совершенно очевидно, сказал И.Т. Фролов, что в технико-экономическом обосновании проекта переброски рек затушёваны, завуалированы принципиальные моменты: изменения гидрологических условий и климата повлекут за собой изменения биосферы и условий жизни и хозяйственной деятельности людей. Эти изменения будут носить крупнорегиональный и глобальный характер и иметь международное значение. Технико-экономическое обоснование выполнено не системно, как единый социально-экологический прогноз, а как сводка заявок субподрядных организаций. Система переброски рассматривается по отдельным этапам и очередям, без всякой связи друг с другом и с развитием народного хозяйства, с естественным процессом изменения природной среды. Всю систему надо рассматривать как единое целое. Замораживание многомиллиардных средств на десятки лет без гарантии успеха не поможет выполнению Продовольственной программы. «Наше невежество столь велико, а наши экологические знания столь ничтожны, что трудно предсказать и предвидеть все последствия переброски северных рек на Юг для экологической среды Европейской части СССР и для биосферы Северного полушария», - подвёл итог И.Т. Фролов. Он предложил передать этот вопрос из правительственных структур в Академию наук. Так и было сделано.

Общее собрание АН СССР поручило 26 декабря 1984 г. ряду Научных советов под руководством А.Л. Яншина выполнить комплексное исследование состояния, эффективности и перспектив развития мелиорации почв. И.Т. Фролов участвовал в этой работе как член Научного совета АН СССР по проблемам биосферы. Учёные обнаружили серьёзные перекосы в мелиоративном деле, систематическое нарушение комплексного подхода к мелиорации почв. Доля земель сельскохозяйственного назначения, охваченных в стране мелиоративными работами была значительно ниже доли средств, отпускаемых на мелиорацию в бюджете сельского хозяйства. Капитальные вложения в охрану и рациональное использование земель не шили с этими средствами ни в какое сравнение. Была констатирована убыточность мелиоративных работ, так как предпочтение постоянно отдавалось самому дорогостоящему виду мелиоративных работ – водному. Отсталая технология орошения в этом случае закладывалась на перспективу. Сдерживалось повышение продуктивности неполивного земледелия – чернозёмов. Переход к интенсивным методам хозяйствования требовал прекратить экологически опасные работы по переброске северных рек – гласил вывод учёных. Была разработана программа мер, которые необходимо принять АН СССР и ВАСХНИЛ для сбалансированного и экологически равновесного развития сельского хозяйства страны на базе прогрессивных методов повышения плодородия почв. И.Т. Фролов добавил в проект этой программы мер положение о необходимости организации Института комплексных проблем экологии.

В 1985 г. Президиум АН СССР сформировал Экспертную научно-техническую комиссию под руководством А.Л. Яншина для принятия окончательного решения по вопросам эффективности почвенных мелиораций. И.Т. Фролов вошёл в состав рабочей группы этой Комиссии, занимавшейся оценкой эффективности работ по орошению и осушению земель в СССР. Рабочая группа составила заключение, в котором говорилось, что импорт зерна страной напрямую связан с убыточностью водных мелиораций, а заявленные Минводхозом СССР планируемые затраты значительно ниже реально возможных, поэтому разработанные с позиций ведомственного интереса проекты переброски северных рек не имеют социально-экономического обоснования. Был сделан вывод, что реализация проекта переброски северных рек не имеет никакого отношения к реализации Продовольственной программы СССР и противоречат курсу на интенсификацию экономики. В проект заключения И.Т. Фролов предлагал добавить положение о культурных издержках проекта поворота рек. Заключение было подписано членами Комиссии, в том числе И.Т. Фроловым.

9 декабря 1985 г. вопрос обсуждался на заседании Президиума АН СССР. А.Л. Яншин докладывал результаты работы Комиссии. Директор Института водных проблем АН СССР Г.В. Воропаев настаивал на продолжении работ по переброске рек. В своём выступлении на этом заседании И.Т. Фролов рассмотрел вопрос о «повороте рек» с социально-экономической и культурно-исторической точек зрения. Он подчеркну необходимость комплексного, системного подхода при разработке подобных проектов (прогнозы изменения экологической ситуации, социально-экономическое положение населения, сохранность памятников истории и культуры). Он также указал на необходимость приоритета человека при выдвижении подобных проектов. Завершил своё выступление И.Т. Фролов мыслью о том, что учёные как и врачи должны руководствоваться прежде всего принципом «Не навреди». АН СССР высказалась против проекта переброски северных рек. После этого Политбюро ЦК КПСС приняло политическое решение по данному вопросу.

В борьбе против «поворота рек» сложилось тесное взаимодействие учёных, философов и деятелей культуры. В частности, И.Т. Фролов активно сотрудничал с С.П. Залыгиным. Поскольку инициаторы проекта «поворота рек» не унимались, И.Т. Фролов, будучи тогда помощником Генерального секретаря ЦК КПСС передал 30 мая 1987 г. М.С. Горбачёву письмо С.П. Залыгина, в котором тот показывал, что постановление Политбюро ЦК КПСС о прекращении работ по проектам переброски части стока северных и сибирских рек на юг фактически саботируется. В конце концов от этого антиэкологического и антигуманитарного проекта отказались.

Во второй половине 1980-х гг. И.Т. Фролов активно способствовал природоохранным мероприятиям в стране. Он часто говорил о том, что наше народное хозяйство ведёт себя по отношению к природе как завоеватель в чужой стране, что необходимо экологическое воспитание и обучение населения, изменение экономического мышления, преодоление представлений о затратности экологических мероприятийxxiii.

В 1991 г. И.Т. Фролову была присуждена международная премия ЮНЕП «Глобал-500». В связи с этим он опубликовал статью «Гуманитарные проблемы экологии», в которой основное внимание уделил политико-правовому аспекту проблем глобалистики . И.Т. Фролов ставил в статье вопрос о необходимости социально-экологической и гуманитарной экспертизы любых крупных частных, государственных и международных проектов и сформулировал: права человека (на доступ к информации, на судебную защиту от действий или бездействия органов власти и т.п.) как основа экологической безопасности.

 

Идея государственной научной экспертизы

 

И.Т. Фролов ясно видел, что реализация проектов, подобных «повороту рек», была вызвана низким уровнем участия учёных в механизме принятия политических решений, полным отсутствием гуманитарной экспертизы. И.Т. Фролов стремился поэтому дать научное обеспечение процессу принятия политических решений, ввести в стране на государственном уровне институт научной экспертизы. По его предложению 6 сентября 1989 г. была создана группа политического анализа при ЦК КПСС. В экспертный совет при группе были включены видные учёные, члены АН СССР. Кадровые предложения подготовил И.Т. Фролов. Им же был составлен набросок плана работы группы, включавший анализ общественного мнения и ведущихся в стране дискуссий, писем в ЦК КПСС, прогнозов "советологов", разработку рекомендаций для теоретической и идеологической работы, связи с общественностью, в народными депутатами, представляющими разные общественные силы.

И.Т. Фролов предполагал преобразовать данную группу в Информационно-аналитическую службу ЦК КПСС. Он обосновывал это необходимостью научного обеспечения развернувшейся в 1989 г. реформы политической системы. И.Т. Фролов чётко понимал, что при демократизации политической системы идёт диверсификация процесса принятия политических решений, а потому возрастает опасность ошибок, которые могут гипертрофироваться и в условиях обострённого социального восприятия возбудить недовольство политическим курсом в целом, породить антидемократические настроения. И.Т. Фролов считал политически необходимым новое качество взаимодействия власти и науки: не пренебрежение или непомерные ожидания, а привлечение научного сообщества к самому процессу принятия политических решений. В этом он видел ванный фактор стабилизации политических процессов в стране, повышения общественного статуса научной интеллигенции и демократического воспитания народа, который может знакомиться с результатами экспертизы через СМИ, наконец воспитания и самого руководства страны в духе постоянного рабочего диалога с общественным мнением.

Были подготовлены проекты соответствующих документов: примерного положения об Информационно-аналитической службе, предложений о научно-организационном обеспечении реформы политической системы, программы сравнительного исследования опыта различных стран в использовании научной экспертизы при принятии важнейших решений (в том числе опыта работы Исследовательской службы Конгресса США). Он провёл консультации об усилении участия деятелей науки в принятии политических решений с В.И. Гольданским, Н.Н. Моисеевым и другими видными учёными. В 1988 и 1989 гг. И.Т. Фролов предлагал создать Консультативный научный совет при ЦК КПСС и Совете Министров СССР, а в 1990 г. – Научно-консультативный совет при Президенте СССР с тем, чтобы обеспечить эффективные и регулярные формы совета с наукой высшего руководства страны. Был подготовлен и проект положения о Консультативном совете учёных. Но все эти предложения не были реализованы. Если бы проекты И.Т. Фроловы были приняты, то впервые в истории нашей страны в механизм принятия политических решений встраивалась бы процедура совета с учёными, независимой экспертизы вносимых на рассмотрение правительства предложений. Нет этого и сегодня.

 

Гуманитарная экспертиза в комплексных научных программах

 

Вопросы научной и гуманитарной экспертизы И.Т. Фролов включал в принятые при его участии государственные программы развития передовых участков современной науки.

В мае 1988 г. при участии И.Т. Фролова была образована рабочая группа ЦК КПСС по подготовке предложений по перестройке фундаментальной науки в стране. Был разработан проект концепции перестройки фундаментальной науки направленный на преодоление монополизма и бюрократизма в науке. Проект предполагал придать динамичность структуре науки, перевести на хозрасчёт многие НИИ и КБ, создавать межотраслевые НПО вне непосредственного ведомственного подчинения, образовывать временные исследовательские коллективы на конкурсной основе для работы над конкретными научными проблемами, разнообразить формы финансирования науки, увеличить расходы на фундаментальные исследования в три – четыре раза, расширять международные научные связи.

В 1988 г. была подготовлена Комплексная программа научно-технического прогресса СССР на 1991–2010 гг. В Программу входил раздел «Фундаментальная наука: состояние проблемы и пути перестройки» И.Т. Фролов уделял большое внимание подготовке этого раздела. В ходе подготовке раздела Программы о фундаментальной науке И.Т. Фролов стремился дорабатывать его с учётом принципа приоритета человека, чтобы Программа не приняла технократического характера. В записке на имя М.С. Горбачёва он писал: «В разделе о науке и НТП нет ничего: 1) о комплексных исследованиях человека в его взаимодействии с техникой (эргономика), механизмов физиологической и психологической адаптации в процессе труда и жизнедеятельности в условиях изменения среды обитания; 2) не говорится об экологических и социологических обстоятельствах развития науки и техники; 3) о механизме включения научной экспертизы и вообще науки в управление развитием страны».

В соответствии с рекомендациями Всесоюзной конференции «Социальные и методологические проблемы научно-технического прогресса» (1984) И.Т. Фролов стал готовить Комплексную программу «Философские и социальные проблемы науки и техники». В проекте Программы было намечено развивать методологию междисциплинарных и системных исследований, осуществлять комплексный анализ новейших технологических направлений, предусматривались меры по стимулированию исследований по философским и социальным проблемам науки и техники. 12 января 1988 г. И.Т. Фролов выступил на заседании Президиума АН СССР с докладом «Философские и социальные проблемы науки и техники». Он сообщил, что возглавляемый им Научный совет АН СССР по философским и социальным проблемам науки и техники подготовил прогнозный доклад и Комплексную программу исследований «Философские и социальные проблемы научно-технического прогресса». Программа охватывала методологические, мировоззренческие и социокультурные аспекты научно-технического прогресса и глобальных проблем. По предложению И.Т. Фролова Президиум АН СССР принял решение включить Программу «Философия – наука – техника» в число Государственных (общеакадемических) Программ и возложить координацию работ по выполнению Программы на Научный совет, руководимый И.Т. Фроловым. В Программе в качестве важной задачи называлось развитие социального контроля за научно-техническими проектами. Одним из разделов Программы значились «социально-философские проблемы комплексного подхода к изучению человека».

В декабре 1988 г. на Общем собрании АН СССР обсуждалась общеакадемическая Комплексная программа биосферных и экологических исследований. Программа готовилась с июня 1987 г. И.Т. Фролов отвечал за социально-философский и правовой блок Программы. В своём докладе «Социально-философское осмысление экологических проблем» на Общем собрании АН СССР И.Т. Фролов говорил о необходимости комплексного подхода в этих исследованиях, сочетающего научные, технологические, социально-экономические, политические, международно-правовые аспекты. Он обратил внимание на недостаточность изучения только технологических аспектов взаимодействия общества и природы, поскольку экологические проблемы это прежде всего социальные проблемы. В связи с этим И.Т. Фролов поставил вопрос о необходимости социальной экспертизы экологических решений и развитии комплексного подхода к экологическим проблемам, сотрудничества специалистов естественных, технических и общественных наук. Серьёзное внимание он предложил уделить соотношению экологических требований и рыночных отношений в экономике, а также вопросам экологического воспитания и обучения населения. И.Т. Фролов информировал М.С. Горбачёва о работе по этой Комплексной программе.

В мае 1989 г. было решено преобразовать Программу биосферных и экологических исследований в Программу «Экология». К июлю 1989 г. под руководством И.Т. Фролова был разработан гуманитарный блок Программы. Блок включал различные аспекты, в частности вопросы разработки основ социально-экологической и гуманитарной экспертизы внедрения научно-исследовательских разработок, экологизации общественного сознания.

Одновременно с государственной деятельностью в области становления институтов гуманитарной экспертизы И.Т. Фролов активно занимался разъяснением важности нового гуманитарного и экологического мышления среди широкой общественности.

В 1987 г. на VII Всесоюзных философских чтениях молодых учёных И.Т. Фролов выступил с докладом «Проблема человека как комплексная и глобальная проблема современности». В качестве наиболее важной тематики он назвал нравственно-философские, аксиологические вопросы, которые ранее игнорировались марксистами. «Мы всё время считали, - говорил он, - что наука в таком идеологическом государстве как наше по природе своей не может иметь технократических отклонений. Мы не просто гордились, а кичились тем, что раз советские учёные занимают правильные мировоззренческие позиции, у нас этого не может быть. Между тем это произошло. И это в частности стало результатом существенных перекосов в образовании и воспитании, игнорирования гуманитарной проблематики. Я сам лично отчётливо это почувствовал во время участия во всякого рода экспертизах, связанных с переброской рек и пр. К сожалению, людей чему-то учат только трагические события, подобные аварии на Чернобыльской АЭС. Пусть и опосредованная, но здесь есть связь с попытками игнорировать гуманистическое измерение. Оказалось, что правильные мировоззренческие позиции служили учёным только для сдачи зачётов, а потом обо всём этом начисто забывали, и занимали сугубо технократические позиции. Поскольку здесь много молодёжи, я хотел бы ваши молодые умы в большей степени “возбудить”, чтобы вы с большей остротой реагировали на эту проблематику, почувствовали важность её не только для философской теории, но и для практических решений. Мы, философы, должны совместно с учёными работать по социально-нравственной экспертизе технических проектов. Вот какая перспектива, вот какая задача перед нами сейчас стоит". Суть технократизма - продолжал И.Т. Фролов - в том, что он извращает соотношение целей и средств социального развития, когда человек – высшая цель и абсолютная ценность – низводится до роли средства, орудия технического прогресса, его механизма. Необходимо перевернуть «пирамиду наук», чтобы в основе её были науки о человеке.

Центр наук о человеке и Институт человека стали головной организацией по Программе «Человек, наука, общество: комплексные исследования», принятой по инициативе И.Т. Фролова. В 1989 гг. Президиум АН СССР утвердил общесоюзную Программу «Человек, наука, общество: комплексные исследования». В Программе было выделено шесть направлений исследований, которые были объединены в четыре крупных блока – подпрограммы, в том числе: «Гуманистические идеалы в труде и развитии духовной культуры», «Человеческая ориентация научно-технического прогресса» и другие . Программа "Человек. Наука. Общество" формировалась на конкурсной основе; при отборе проектов принимался во внимание именно комплексный характер предполагаемого исследования. Главной целью Программы была заявлена разработка путей гуманизации общественных отношений. Руководителем Программы был утверждён И.Т. Фролов. Выдающееся значение данной Программы в истории отечественной науки обусловлено тем, что это была, по сути, первая масштабная общегосударственная Программа с целевым финансированием, нацеленная на гуманитарную и гуманистическую проблематику во всей её широте. В качестве приоритетной общеакадемической данная Программа финансировалась из бюджета Академии наук, что позволяло включить в работу по её реализации более 20 академических институтов. На финансирование исследований по программе выделялись значительные средства. В архиве И.Т. Фролова сохранились документы, в которых приводится роспись ассигнований на работу научных учреждений по Программе, включающая суммы в десятки и сотни тысяч рублей по каждой из позиций.

Всесоюзный межведомственный центр наук о человеке развернул работу по реализации Программы «Человек, наука, общество: комплексные исследования», отбору исследовательских проектов и координации деятельности исследовательских коллективов. В 1989 г. на конкурс было подано 373 проекта, в первом квартале 1991 г. – 180, из них в программу включено 148. Центр принимал участие в экспертизе ряда социально-экономических проектов и оказании консультативной помощи людям в условиях экстремальных природных ситуаций.

26 марта 1991 г. Президиум АН СССР принял постановление об организации Института человека АН СССР в рамках реализации общеакадемической программы «Человек, наука, общество: комплексные исследования». К числу основных направлений научной деятельности института были отнесены философские и методологические основания комплексных исследований человека, проблемы детерминации развития человека, сознание как предмет междисциплинарных исследований, будущее человечества и перспективы развития личности, междисциплинарное изучение человек в труде, в экстремальных ситуациях. Наряду с проведением фундаментальных исследований Институт должен был осуществлять гуманитарную экспертизу масштабных социально-экономических проектов, развивать комплексные службы помощи человеку, проводить подготовку и переподготовку кадров в целях гуманизации науки и производства.

 

Книга И.Т. Фролова и Б.Г. Юдина «Этика науки: проблемы и дискуссии»

 

Первым в отечественной научной литературе монографическим исследованием, специально посвящённым проблемам этики науки, в частности, биоэтики стала книга И.Т. Фролова и Б.Г. Юдина «Этика науки: проблемы и дискуссии» (1986). Она и сегодня остаётся единственным примером столь полного и фундаментального исследования проблем этики науки в нашей философской литературе.

В этой монографии, как и в статье на ту же тему, опубликованной авторами в журнале «Вопросы философии», хорошо видно своеобразие постановки проблем в отечественной этике науки и биоэтике, приданное им И.Т. Фроловым. Говоря об этой «новой, складывающейся на наших глазах дисциплине»xxiv, авторы отмечают ставший уже как бы само собой разумеющимся прикладной, подчас, служебный характер этой дисциплины. Внутренняя этика науки, то есть её этическая авторегуляция, развивающаяся помимо социально-философского обоснования в современных условиях недостаточна для того, чтобы справиться с новыми вызовами и угрозами. Принципиальная позиция И.Т. Фролова состояла в том, что аксиологическая компонента научного познания не сводится к «этике познания», ибо способы и цели получения знания как моменты человеческой деятельности должны быть соразмерны человеку, соотнесены с его благом. Оценки происходящего в сфере познания, тем более, познания человеческой природы, должно давать с более широких мировоззренческих позиций, включая сюда гуманистические идеалы, складывающиеся во всех сферах культуры (науке, искусстве, религии и, само собой разумеется, в философии как интеграторе и выразителе этих идеалов). Этические и, в частности, биоэтические проблемы науки вовсе не сфера калькуляции допустимого, хотя и это, конечно, важно с практической точки зрения. Сегодня опора на чистую науку и вообще любые абстрактные расчёты, принятие решений, при котором игнорировались бы их возможные глобальные последствия «аморальны, антигуманны, бесчеловечны в самом широком смысле этого слова»xxv. Поэтому ситуация этического выбора и необходимость гуманистических ориентиров оказываются встроены в само существо научной деятельности.

Как известно, и при процедурах получении знания, и во взаимоотношениях членов научного сообщества работают определённые нормативы и установки. По мере приобретения наукой статуса социального института, принципиально влияющего на характер жизни общества, и особенно – в случаях экспериментального изучения самого человека, нормативы и установки научной деятельности должны получать форму социально-этических и гуманистических регулятивов. Формулирование этих регулятивов и составляет способ непосредственного включения философии в процессы научного познания и практического применения результатов этого познания.

Специальное внимание И.Т. Фролов и Б.Г. Юдин уделили в монографии 1986 года этическим аспектам физико-химического познания и особенно – биоэтике. Чрезвычайно современно выглядит обсуждение авторами вопросов воздействия социально-биологических исследований на общественное сознание. Сегодня острота проблемы особенно очевидна в связи с дискуссиями вокруг клонирования. Даже простое информирование общественности о полученных результатах может иметь весьма неоднозначные последствия, что является серьёзной этической проблемой. Последняя встаёт в ряду биоэтических проблем вслед за проблемой допустимости целого ряда социально-биологических исследований и проблемой преувеличения наших знаний, когда неполное и неточное знание выдаётся за абсолютное и преподносится как таковое широкой общественности. Во всех этих случаях наличие этического аспекта в самом процессе исследования не может вызывать никакого сомнения. Но и в сфере целей и исходных предпосылок научного исследования, отмечают авторы, не может быть этической нейтральности, поскольку в конечном счёте они являются продуктом социальной позиции учёного в определённой социокультурной среде. Авторы ставят поэтому в качестве актуального и «вопрос о необходимости предварительного этического обоснования предпринимаемого научного исследования»xxvi. В частности, они указывают на позитивные результаты моратория 1974 г. не только этического, но и чисто когнитивного характера, поскольку само разделение экспериментов на классы по степени их потенциальной опасности и разработка методов получения ослабленных вирусов, способных существовать только в искусственной среде лаборатории, стали прямыми результатами этических дискуссий в связи с мораторием.

Ещё один выделенный авторами аспект функционирования науки как социального института, который порождает острые этические проблемы – влияние на научные исследования интересов бизнеса и политики. В результате смешения целей познания с этими интересами вполне типичной может становиться ситуация, когда то, что выгодно отдельным учёным, будет наносит ущерб науке в целом. В частности, неизбежно возникают барьеры на пути открытого обмена информацией, засекречивание, патентные ограничения, и вообще – внутренний конфликт между коммерческими обязательствами и академическими обязанностями учёного, что подрывает сами основы взаимоотношений в научном сообществе.

Завершая книгу, авторы делают вывод о недостаточности описательности и ситуативности в этико-научных и биоэтических исследованиях, о том, что назрела необходимость серьёзной аналитической работы в сфере этики науки, которая была бы нацелена на вычленение и типологизацию противоречий, возникающих в научной деятельности, критический анализ и обоснование этических норм, которыми реально руководствуются учёные. Фактически, этика науки по мнению И.Т. Фролова и Б.Г. Юдина должна стать важной формой самосознания науки и составить тем самым единый комплекс с логикой и методологией науки. Одновременно этика науки может быть важным средством стимулирования социальной ответственности учёных, ответственности перед глобальными интересами всего человечества.

В появившихся рецензиях на книгу «Этика науки», другие работы И.Т. Фролова по вопросам этики науки и биоэтики отмечалось новаторство и фундаментальность в разработке поставленных в книге проблем. В частности, значение этой новой проблематики связывалось в рецензии В.С. Стёпина с тем, что в современной науке во многом изменилась сама предметная область научного познания. В качестве объектов исследования естествознания и технических наук всё больше оказываются сложные и развивающиеся природные комплексы, в которые в качестве компонента включён сам человек. «Разумеется, в этих условиях объективное познание предмета и поиск истины требуют расширения специальных для науки этических установок и активных гуманистических ориентаций исследовательской деятельности»xxvii.

Американский историк биоэтики Р.Т. Де Джордж констатировал: «Возможно, самый большой вклад, внесённый И.Т. Фроловым в исследования в этой области, заключается в подчёркивании глобального характера, который имеют многие проблемы биоэтики». Сказав, что советские философы отставали от представителей других профессий и от аналогичных обсуждений на Западе в постановке и анализе проблем биоэтики, он сделал вывод: «Фролов является выдающимся исключением».

Известный американский историк науки Л.Р. Грэхем в рецензии на вышедшую в США в 1990 г. книгу И.Т. Фролова «Man, Science, Humanism: ANewSynthesis» отметил, что в «позиции Фролова заключено много здравого смысла»xxviii. Однако расходясь с И.Т. Фроловым в исходных философских позициях, он расценил как «слабый» тезис И.Т. Фролова о том, что вопросы применения генноинженерных мероприятий к человеческим существам должны быть отнесены к отдалённому будущему, поскольку власть в мире распределена далеко не справедливо. Аргументировал свою позицию Л. Грэхем тем, что уже сегодня врачи вынуждены решать трудные вопросы биоэтики. Но нельзя не заметить, что И.Т. Фролов говорит о другом: о недопустимости неоевгеники, а не о неактуальности биоэтики.

 

Развитие международного сотрудничества в области биоэтики

 

Вполне определённо формулируя необходимость международного регулирования биологических исследований посредством этических кодексов, И.Т. Фролов занимал не очень популярную в 1970-е годы позицию. Тогда общепринятой в советской науке была установка на то, что в Советском Союзе научное и, в частности, биологическое познание по определению, автоматически реализуется как нравственно оправданное, а какие-либо международные ограничения на научные исследования имеют лишь цель затормозить прогресс советской науки в угоду противникам СССР на международной арене. Такой была позиция руководства АН СССР, о чём было выше сказано. И.Т. Фролов со своими призывами к этическому регулированию науки расходился с официальной линией. В архиве И.Т. Фролова сохранилась датированная 1977 годом вёрстка сборника издательства «Знание» «Генетическая инженерия (реальность, перспективы, опасения)». В нём – четыре статьи генетиков и статья И.Т. Фролова «Социально-этические проблемы генетической инженерии». В вышедшем из печати сборнике этой статьи уже не было.

Неприятие вводимой И.Т. Фроловым новой проблематики было и у тогдашнего философского руководства. В декабре 1974 г. – январе 1975 г. И.Т. Фролов принимал участие в симпозиуме «Марксизм и экология», организованном во время работы ежегодной конференции Американской философской ассоциации, где выступил с докладом. 1 апреля 1975 г. И.Т. Фролов сделал сообщение о своей научной командировке в США на заседании бюро Отделения философии и права АН СССР. Чрезвычайно симптоматичной была реакция членов Отделения – возмущённое недоумение. М.Т. Иовчук говорил о том, что экология – это манёвр наших зарубежных противников, чтобы снять классовую проблематику. М.Б. Митина удивила сама формулировка «этические проблемы генной инженерии», употреблённая в докладе И.Т. Фролова.

Всё это не останавливало И.Т. Фролова не только в силу его самостоятельного неуступчивого характера, но и вследствие прозорливого понимания им ближайших задач развития науки. Препоны разработке этико-научных проблем, которые ставились руководством АН СССР, становились для И.Т. Фролова своеобразным стимулом в интенсификации международных контактов в этой сфере.

В августе 1976 г. академик В.А. Энгельгардт, с которым И.Т. Фролов неоднократно обсуждал вопросы этики науки, во время своего визита в Париж сообщил в штаб-квартире ЮНЕСКО об интересе И.Т. Фролова к биологическим и этическим проблемам. 15 октября 1976 г. сотрудник департамента научных исследований и высшего образования Секретариата ЮНЕСКО А.Н. Холодилин сообщил И.Т. Фролову о желании ЮНЕСКО заключить с ним контракт на подготовку научного исследования по этическим аспектам современной биологии.

В декабре 1976 г. И.Т. Фролов выслал в парижскую штаб-квартиру ЮНЕСКО свой первый экспертный доклад по этическим аспектам генетической инженерии. В октябре 1977 г. И.Т. Фролов представил доклад «Наука для человека (социальные, философские и этические проблемы генетической инженерии)» на проходивший в Мадриде (Испания) симпозиум ЮНЕСКО по генетике и этике. Доклад был опубликован в материалах симпозиума и в «Информационном бюллетене ЮНЕСКО».

И.Т. Фролов вспоминал: «Первые работы по этой тематике я сделал (ввиду их полной ненужности для нашей страны) как экспертные доклады для ЮНЕСКО в 1976 и 1977 гг. Мне ЮНЕСКО сделала заказ. У нас не знали тогда, с чем это “есть”. Когда в 1978 г. у нас в издательстве “Знание” был опубликован большой сборник работ по проблемам генной инженерии, мою статью по этическим проблемам, в которой я выступал с критических позиций, просто выбросили из этого сборника. Сказали, что все разговоры об этических проблемах и опасностях, связанных с проведением генно-инженерных работ, - это “шум, поднятый на Западе, козни империализма”, что якобы это специально подброшено нам с целью затормозить у нас генно-инженерные работы»xxix.

И.Т. Фролов как член бюро Научного совета АН СССР по проблемам биосферы входил в состав советского комитета программы ЮНЕСКО «Человек и биосфера» и являлся заместителем главного редактора серии «Человек и биосфера» издательства «Наука». В 1980-х гг. в серии вышел целый ряд книг. И.Т. Фролов участвовал в международных совещаниях экспертов ЮНЕСКО по программе «Человек и биосфера». В 1984 г. такое совещание прошло в Суздале. И.Т. Фролов разрабатывал тематику для исследования глобальных проблем в рамках ЮНЕСКО. Он предлагал в числе перспективных такие темы, как: «Изменение системы ценностей и норм поведения в условиях глобальных проблем настоящего и будущего», «Влияние глобальных подходов на культурно-этическую интеграцию» и др.

И.Т. Фролов внимательно следил за международным нормотворчеством в области регулирования экспериментов на человеке. Он высоко оценивал документы, принятые по этому вопросу Всемирной организацией здравоохранения, Христианской мирной конференцией.

И.Т. Фролов сотрудничал с Христианской мирной конференцией. В декабре 1984 г. по приглашению генерального секретаря ХМК Л. Миржейовского он выезжал в Прагу на проводимый ХМК симпозиум «Глобальные угрозы человечеству – глобальная стратегия мира», принимал участие в разработке материалов для ХМК. В ноябре 1987 г. по приглашению президента Христианской мирной конференции епископа К. Тотта И.Т. Фролов участвовал в очередном симпозиуме ХМК в Праге и выступил на нём с докладом «Новое мышление и новый гуманизм». В докладе И.Т. Фролов говорил об испытаниях, которым подвергается биологическая природа человека в условиях современных науки и техники, и сформулировал принцип: «гуманистические ценности выше познания». Коварность новой угрозы, связанной с генетическими экспериментами на человеке, более опасной, чем связанная с атомной энергетикой, И.Т. Фролов видел в том, что она пока не воспринимается широкой общественностью, не осознаётся как следует. Он сказал, что общество вправе требовать от учёных, чтобы осознание грозности и опасности этой проблематики возникало не пост-фактум, т. е. не после того, как какое-то несчастье произойдёт для человечества. И самое опасное здесь – невежество, парадоксальным образом замешанное на науке, которое приобретает форму сциентистского самодовольства . Сегодня человечеству, к сожалению, уже приходится сталкиваться фактами, когда отдельные авантюристы от науки обещают клонировать человека к такому-то сроку.

С 1987 г. развивались контакты И.Т. Фролова с созданным по инициативе Ф. Миттерана Французским национальным консультативным комитетом по этике наук о жизни и здоровье во главе с профессором Ж. Бернаром. И.Т. Фролов выслал Ж. Бернару свои материалы по данной тематике и свою книгу «Человек, наука, гуманизм: новый синтез» на французском языке. Ж. Бернар сделал сообщение о книге на заседании своего Комитета.

6 июля 1988 г. в Париже в штаб-квартире ЮНЕСКО И.Т. Фролов выступил с лекцией на тему «Социально-этические и гуманистические проблемы современной науки». Лекция И.Т. Фролова имела широкий резонанс. И.Т. Фролов имел беседу с генеральным директором ЮНЕСКО Ф. Майором, в ходе которой обсудил с ним возможность визита в Москву и встречи с М.С. Горбачёвым. 29 августа 1988 г. директор Отдела философии и гуманитарных наук ЮНЕСКО М.А. Синасёр выразил письменную благодарность И.Т. Фролову за прочитанную лекцию, отметив, что «она была чрезвычайно интересной как с точки зрения затронутых вопросов, так и подхода к их решению», и добавил, «что в плане выдвинутых Вами соображений программа действий должна быть подкреплена дальнейшим анализом. Поэтому мы намереваемся осуществить идею создания международного комитета по анализу темы “Этика и всемирное сообщество”». И.Т. Фролов поддержал данную инициативу.

28 марта 1989 г. в связи с подготовкой третьего среднесрочного плана ЮНЕСКО на 1990 – 1995 гг. И.Т. Фролов порекомендовал председателю Комиссии СССР по делам ЮНЕСКО А.Л. Адамишину включить в проект предложений советской Комиссии для утверждения на очередной сессии Генеральной конференции ЮНЕСКО темы: «Этические проблемы биомедицинских исследований», «Философия ненасилия: культурологический аспект», «Человеческая ориентация научно-технического прогресса» и др. В время своей поездки в Париж в сентябре 1990 г. И.Т. Фролов встречался с генеральным директором ЮНЕСКО Ф. Майором.

Когда в 1989 г. под руководством И.Т. Фролова был создан Центр наук о человеке АН СССР и Институт человека при нём, И.Т. Фролов уделял большое внимание развитию международных связей Центра и Института. И.Т. Фролов стремился придать международный размах деятельности по созданию исследовательских структур, изучающих человека.

18 апреля 1989 г. директор Института этики им. Кеннеди (США) Э.Д. Пеллегрино и научный консультант Исследовательского фонда Фидиа П. Корси направили И.Т. Фролову приглашение принять участие в работе международного симпозиума «Транскультурные измерения медицинской этики», организуемого Национальной академией наук США, Исследовательским фондом Фидиа и Институтом этики им. Кеннеди. 21 ноября 1989 г. приглашение подтвердил президент Исследовательского фонда Фидиа Д. Чини. В апреле 1990 г. И.Т. Фролов посетил США. 26-27 апреля 1990 г. И.Т. Фролов принял участие в работе симпозиума, проходившего в помещении Национальной академии наук США в Вашингтоне сразу же после ежегодного собрания Академии. Он сделал доклад «Этика и евгеника». В дискуссии участвовали Э.Д. Пеллегрино, А.Р. Джонсен (США), Ф. Анджелини (Ватикан), Э. Чиавацци (Италия) и др. В ходе симпозиума состоялся обмен мнениями по фундаментальным вопросам биоэтики. Обсуждались этические аспекты проекта «Геном человека», деонтология в системе биоэтики, религиозные запреты в области биоэтики, социокультурные различия в биоэтической сфере, вопросы противодействия давлению на учёных со стороны политиков и общественности. И.Т. Фролов обратил в своём докладе внимание на важность принципа уважения к личности, на то, что в связи с вопросом о выживании человечества проблемы биоэтики приобретают глобальный характер. Материалы симпозиума были опубликованы. Впоследствии И.Т. Фролов поддерживал контакты с Э.Д. Пеллегрино. В 1993 г. он поздравил его с присуждением награды Международного института биоэтики. В ответном письме 12 мая 1993 г. Э.Д. Пеллегрино выражал надежду на новую встречу и развитие сотрудничества в области биоэтики.

В начале июня 1989 г. И.Т. Фролов по рекомендации Л.Р. Грэхема беседовал в Москве с членом Совета директоров Гастингского центра по биоэтике (США) С. Бок, приехавшей на конференцию «Война и мир», и обсуждал с ней перспективы сотрудничества в области биоэтики.

В специальном номере журнала «TheJournalofmedicineandphilosophy» (Вашингтон, США) (1989. Т. 14. № 2), посвящённом исследованиям проблем биоэтики в социалистических странах, статья И.Т. Фролова была напечатана без сокращений как ведущая статья номера.

27 ноября 1990 г. к И.Т. Фролову обратилась редактор многотомной «Энциклопедии биоэтики» М.М. Сольберг с просьбой написать статью для нового издания Энциклопедии на тему «История медицинской этики в Советском Союзе». К сожалению, И.Т. Фролов не смог выполнить эту просьбу из-за тяжёлой болезни.

13-15 мая 1991 г. возглавлявшийся И.Т. Фроловым Всесоюзный межведомственный Центр наук о человеке организовал в Москве совместно с сектором прав человека и мира ЮНЕСКО международное совещание «Биоэтика и социально-правовые последствия биомедицинских исследований». Совещание открыла заместитель генерального директора ЮНЕСКО г-жа Фурнье. На совещание приехали видные учёные из Франции, Италии, Испании, Дании, Нидерландов, США, Японии, Германии, Финляндии, Аргентины и других стран. Программа совещания включала вопросы: информированного согласия пациента, этико-правовых проблем трансплантации органов, соотношения биоэтики и права, социальной институционализации биоэтической деятельности. Совещание проходило в трудное для нашей страны время, при недостатке необходимых финансовых средств.

Ряд научно-исследовательских проектов Института человека, в особенности в области биоэтики, разрабатывался при содействии ЮНЕСКО. 5 февраля 1997 г. И.Т. Фролов участвовал в заседании общего собрания Комиссии РФ по делам ЮНЕСКО, в ходе которого обсуждались вопросы подготовки визита в Россию Ф. Майора и «Дней ЮНЕСКО» в России.

 

Российский национальный комитет по биоэтике

 

В 1992 г. на дискуссии в журнале «Вопросы философии» на тему «Биоэтика: проблемы, трудности, перспективы» И.Т. Фролов, подводя итоги двадцатилетней работы по созданию отечественной биоэтики, сказал: «потребовалась огромная разъяснительная пропагандистская работа, чтобы приучить наше научное сообщество к обсуждению этих проблем»xxx. Теперь же, делал вывод И.Т. Фролов, задачу отечественной биоэтики можно сформулировать следующим образом: от теории к практике и новой теории. Необходимо наладить непосредственную практическую работу в области биоэтики, чтобы уровень биоэтической культуры в нашей стране как-то соответствовал западным странам.

И.Т. Фролов прилагал большие организационные усилия в этом направлении. Благодаря им раздел по биоэтике был включён в конце 1980-х гг. в общеакадемическую программу «Человек. Наука. Общество. Комплексные исследования». В 1988 г. в выступлении на заседании Президиума АН СССР, И.Т. Фролов, говоря о нашем отставании в изучении социально-этических проблем медицинской биологии и генной инженерии, подчеркнул, что мы «даже не можем наладить сотрудничество с многочисленными американскими научными объединениями и обществами, занимающимися этими проблемами: у нас нет соответствующих организационных структур»xxxi.

В середине 1980-х гг. при Научном совете по философским и социальным проблемам науки и техники под руководством И.Т. Фролова была организована исследовательская группа по проблемам биоэтики. Усилия философов, работавших в группе получили международное признание. Созданная в 1990 г. Международная ассоциация биоэтики предложила группе войти в свой состав. Назрела необходимость повысить организационный статус академической структуры по биоэтике.

По инициативе И.Т. Фролова 4 апреля 1991 г. Отделение философии и права и Отделение биохимии, биофизики и химии физиологически активных соединений АН СССР вошли в Президиум АН СССР с предложением образовать национальный Комитет по биоэтике. 11 апреля 1991 г. И.Т. Фролов направил письмо на имя президента АН СССР Г.И. Марчука с просьбой ускорить решение этого вопроса. Решением Президиума АН СССР был создан Советский национальный комитет по биоэтике. Председателем Комитета был утверждён И.Т. Фролов, его заместителем – А.А. Баев. Членами Комитета были А.И. Григорьев, Н.Г. Хрущов, В.И. Шумаков, А.Д. Аничков и др. ГКНТ СССР в августе 1991 г. обращался в Советский национальный комитет по биоэтике с просьбой дать экспертную оценку законопроекта об организации работ и обеспечении безопасности в области генной инженерии.

Преобразование АН СССР в Российскую академию наук потребовало соответствующих организационных изменений и в Комитете по биоэтике. 9 марта 1992 г. И.Т. Фролов направил академику-секретарю Отделения философии, социологии и права РАН В.Н. Кудрявцеву предложение рассмотреть и утвердить на очередном заседании Отделения документы о создании Российского национального комитета по биоэтике. 25 марта 1992 г. решением Отделения философии, социологии и права РАН был образован Российский национальный комитет по биоэтике, утверждено Положение о Комитете и его состав. 30 сентября 1993 г. РНКБ получил статус соответствующего комитета Комиссии РФ по делам ЮНЕСКО.

РНКБ – независимая общественная организация, действующая под эгидой Российской академии наук. Сопредседателями РНКБ с момента основания в 1992 г. были академики И.Т. Фролов и А.А. Баев. В бюро РНКБ вошли И.Т. Фролов, А.А. Баев, Б.Г. Юдин, В.Н. Игнатьев, О.Г. Газенко, Ю.М. Лопухин, А.Д. Мирзабеков, Б.В. Петровский, П.В. Симонов. Членами РНКБ стали специалисты самых различных областей естественнонаучного и гуманитарного знания – ведущие учёные РАН, отраслевых академий и ведомственных научных учреждений, представители вузовской науки, медики-практики.

В августе 1993 г. учёные, представлявшие РНКБ, приняли активное участие в подготовке и проведении заседания секции «Биоэтика», включённой в программу XIX Всемирного философского конгресса в Москве. В работе секции приняли участие более 50 учёных из более чем 10 стран мира.

В 1993 г. члены Комитета И.Т. Фролов, А.А. Баев, Б.Г. Юдин, В.Н. Игнатьев, А.Д. Мирзабеков, Ю.М. Лопухин, Б.В. Петровский, П.В. Симонов, Н.Г. Хрущов, С.Л. Дземешкевич, С.В. Полубинская опубликовали «Обращение к научной общественности и руководителям российской науки»xxxii. В Обращении было констатировано явное несоответствие уровня и порядка этического регулирования биологических экспериментов на человеке и животных размаху биомедицинских исследований в России. Члены РНКБ поставили вопрос о необходимости увязать финансирование биомедицинских исследовательских проектов со степенью обеспеченности их этического контроля. Комитет призвал все соответствующие научные учреждения самостоятельно создавать биоэтические комитеты и гарантировал в этом вопросе со своей стороны консультативную и методическую помощь.

С 1995 г. РНКБ занимался этико-правовыми аспектами Государственной научно-технической программы «Геном человека». Был разработан и опубликован комплекс нормативных документов по Программе. Члены РНКБ участвовали в подготовке Декларации о геноме человека, принятой ЮНЕСКО в 1997 г. В 1995-1997 гг. РНКБ совместно с Институтом медико-биологических проблем осуществлял этическую экспертизу проектов исследований на человеке и на животных, проводимых на космической станции «Мир».

Важным направлением работы РНКБ было нормативно-методическое содействие в организации этических комитетов в биомедицинских научно-исследовательских и лечебных учреждениях. Были созданы этические комитеты в Российском научном центре хирургии РАМН, Санкт-Петербургском институте усовершенствования врачей, Саратовском медицинском университете, Институте медико-биологических проблем Минздрава РФ, Ростовском-на-Дону государственном научно-исследовательском противочумном институте, Республиканском центре репродукции человека и планирования семьи Минздрава РФ, Санкт-Петербургской государственной педиатрической медицинской академии и др.

При участие РНКБ был проведён ряд научных конференций по биоэтике: «Этические и правовые проблемы клинических испытаний и научных экспериментов на человеке и животных» (Москва, 1994), «Этика генетики» (Москва, 1998 г.) и др.

РНКБ готовил экспертные заключения на целый ряд законопроектов и других нормативных актов, затрагивающих сферу биомедицинского регулирования (защита здоровья граждан, трансплантация органов и тканей, предупреждение распространения ВИЧ-инфекции, вакцинопрофилактика, репродуктивные права граждан, права пациента, регулирование генно-инженерной деятельности, правовые основы биоэтики, клонирование и др.), которые проходили через российский парламент.

При участии членов РНКБ были подготовлены «Кодекс профессиональной этики психиатра», принятый на заседании Правления Российского общества психиатров в мае 1993 г. и «Этический кодекс врача», принятый на IV конференции Ассоциации врачей России в ноябре 1994 г. В 1994 г. РНКБ был опубликован научный доклад «Вакцинопрофилактика и права человека».

Как национальная экспертная структура, РКНБ активно взаимодействовал с Миннауки РФ, Минздравом РФ, МИД РФ, Советом Европы, ЮНЕСКО, готовил по соответствующим запросам замечания и рекомендации. В частности, в октябре 1996 г. и в октябре 1997 г. РНКБ по запросу Межведомственной комиссии РФ по делам Совета Европы и Департамента общеевропейского сотрудничества МИД РФ провёл экспертизу официального перевода Конвенции Совета Европы о защите прав человека и человеческого достоинства в связи с применением биологии и медицины на предмет ратификации её Россией. В ноябре 1997 г. РНКБ подготовил для Управления по международному гуманитарному сотрудничеству и правам человека МИД РФ экспертное заключение на текст Дополнительного протокола Конвенции, запрещающего клонирование человека. В январе 1998 г. в связи с запросом Миннауки РФ предложения по вопросам присоединения к Конвенции были направлены руководством РНКБ в Правительство РФ. Для Минздрава РФ были выработаны этические рекомендации по вопросам осуществления генной терапии.

РНКБ развивал сотрудничество с целым рядом европейских и американских национальных этических комитетов. Представители РНКБ участвовали в конференциях национальных биоэтических Комитетов стран Центральной и Восточной Европы в Осло (сентябрь 1992 г.), Будапеште (декабрь 1992 г.) и др. Поддерживались контакты с зарубежными и международными организациями: ЮНЕСКО, Международной ассоциацией биоэтики (Австралия, США), Гастингским Центром (США), Институтом проблем этики им. Кеннеди (США), Международной ассоциацией права, этики и науки (Франция) и др.

Интенсивной была просветительская деятельность РНКБ. Члены РНКБ регулярно выступали в отечественных и зарубежных СМИ с освещением острых вопросов биоэтики (эвтаназия, клонирование и пр.). Статьи и материалы по гуманистическим проблемам биомедицины регулярно публиковал журнал «Человек».

В июле 1993 г. по просьбе Минздрава РФ РНКБ приступил к разработке учебной программы курса «Биомедицинская этика». Совещание проректоров медицинских вузов России признало целесообразным введение этого курса в качестве неотъемлемой части гуманитарной подготовки студентов-медиков. В течение нескольких лет учебный курс биомедицинской этики был включён в учебные планы и опробован в ряде вузов Москвы, Санкт-Петербурга, Оренбурга, Самары, Тюмени и др. городов, было создано учебное пособие и выработан образовательный стандарт по дисциплине «Биомедицинская этика», одобренный Минздравом РФ.

И.Т. Фролов высоко оценивал вклад А.А. Баева в организацию социально-этического регулирования генетики человека. Об их совместной деятельности в РНКБ И.Т. Фролов подробно рассказал на конференции памяти А.А. Баева в феврале 1999 г.xxxiii После смерти А.А. Баева его по предложению И.Т. Фролова на посту сопредседателя РНКБ сменил Р.В. Петров (с декабря 1996 г.). Последний вспоминал: «Мы с Иваном Тимофеевичем много и, надеюсь, плодотворно работали вместе в этой новой для человечества области с её главной современной задачей – разработкой новой этики в связи с головокружительными успехами генетики и генетической инженерии, созданием несуществующих в природе трансгенных растений и животных, перспективами клонирования млекопитающих, включая человека»xxxiv.

Идеи РНКБ были развиты при создании Российского комитета по биоэтике при Комиссии по делам ЮНЕСКО МИД РФ (2006), председатель академик Р.В. Петров, сопредседателями стали Б.Г. Юдин, академик РАМН Ю.М. Лопухин и член-корр. РАМН Ю.Д. Сергеев. Комитет принял несколько принципиально важных документов, в частности, по проблемам клонирования человека, легализации эвтаназии и необходимости присоединения к Конвенции Совета Европы «О защите прав и достоинства человека в связи с использованием достижений биологии и медицины». Под руководством Б.Г. Юдина экспертами комитета был разработан законопроект «О биомедицинских исследованиях». К сожалению, в России до сих пор нет современного законодательства, защищающего права испытуемых научных экспериментов.

На заседаниях Комитета выступали видные отечественные и зарубежные ученые. Так в 2007 году совместно с Посольством США в Москве организовано расширенное заседание РКБ (с участием российских экспертов РАН и РАМН). На встрече был заслушан и обсужден доклад ведущего американского специалистa в области биоэтики, профессора политэкономии университета Джонса Хопкинса и члена Консультативного совета по биоэтике при Белом Доме Фрэнсиса Фукуямы на тему «Этические проблемы развития биотехнологий в США». В том же году совместно с посольством Франции в Москве и Французским культурным центром РКБ организовал встречу российских ученых с известным генетиком, директором Института Кошен, профессором Акселем Каном (Aksel Kahn, Франция), сделавшим доклад на тему: «Cовременная биология: новые возможности – новая ответственность». В качестве российского со-докладчика выступил Б.Г.Юдин.

 

Сектор биоэтики Института человека РАН

 

Вполне закономерно, что возможности для развития в нашей стране такой комплексной по своей природе дисциплины, как биоэтика, открылись именно в связи с созданием И.Т. Фроловым Института человека. Биоэтика как междисциплинарная область знания, находящаяся на стыке естественных, технических, гуманитарных наук и социально-правовой практики, необходимо включающая в себя фундированные философским анализом гуманистические этико-правовые регулятивы научных исследований и медицинской деятельности, органически вписывалась в Научную программу Института человека, как её видел и формулировал И.Т. Фролов.

Институт человека первоначально был создан при организованном И.Т. Фроловым в 1989 г. Всесоюзном межведомственном центре наук о человеке АН СССР. Вопросы биоэтики были поставлены И.Т. Фроловым буквально в первые же дни существования Центра наук о человеке и Института человека. Первое заседание Центра наук о человеке состоялось 10 мая 1989 г. в Красном зале Института философии. Оно было совмещено с началом работы Всесоюзной конференции «Человек, наука, общество», организованной Центром наук о человеке. 12 мая 1989 г. в последний день работы конференции в комн. 107 Института философии И.Т. Фролов провёл вместе с Б.Г. Юдиным «круглый стол» по теме «Этика науки и биоэтика». В обсуждении приняли участие учёные из Москвы, Ленинграда, Киева, Алма-Аты. Для дискуссии были предложены вопросы о специфических чертах этоса современной науки, возможных социальных механизмах этического регулирования научно-технической деятельности, допустимости и этической оправданности эвтаназии, различных моделях в системе отношений «врач – пациент», проблема информирования безнадёжно больных

В 1991 г. Институт человека был институциализирован как самостоятельное учреждение в рамках АН СССР. В 1992 г. он был преобразован в Институт человека РАН. В составленной в 1992 г. Научной программе Института человека РАН был особый раздел, посвящённый биоэтике, в котором ставились задачи по налаживанию исследовательской и преподавательской работы по биоэтике, по сотрудничеству с РНКБ, по экспертной работе в отношении законопроектов в области здравоохранения. Решение этих задач преследовало цель преодолеть тот не соответствующий мировым стандартам уровень, на котором находились в нашей стране правовое регулирование и этический контроль за созданием и применением новейших медицинских технологий.

Сектор биоэтики начал формироваться Институте человека РАН в конце первого полугодия 1992 г. Сектор возглавлял Б.Г. Юдин.

Сегодня Б.Г. Юдин – лидер российской биоэтики. Интерес к проблемам биоэтики возник у него впервые в 1989 г., во время обмена мнениями с делегацией из США, посетившей Институт философии и рассказавшей о биоэтических исследованиях, проводимых за океаном. В июне 1989 г. в Москве побывала член Совета директоров Гастингского центра по биоэтике (США) С. Бок, с которой обсуждались перспективы сотрудничества в области биоэтики. В апреле 1990 г. Б.Г. Юдин в составе российской делегации посетил ведущие биоэтические центры США (Вашингтон, Нью-Йорк, Новый Орлеан). Он принял участие в организованном по инициативе директора Института этики им. Кеннеди (США) Э.Д. Пеллегрино международном симпозиуме «Транскультурные измерения медицинской этики». Симпозиум патронировался Национальной академией наук США, Исследовательским фондом Фидиа и Институтом этики им. Кеннеди. Позже Б.Г. Юдин находился в США на стажировке в Гастингском центре по биоэтике. В мае 1991 г. Б.Г. Юдин участвовал в международном совещании «Биоэтика и социально-правовые последствия биомедицинских исследований», организованном в Москве совместно ЮНЕСКО и Всесоюзным межведомственным Центром наук о человеке, которым руководил И.Т. Фролов.

В 1991 г. на философском факультете МГУ Б.Г. Юдиным был прочитан, вероятно, первый в России учебный курс биоэтики. С 1991 года Б.Г. Юдин регулярно читает в различных московских вузах курсы «Введение в биоэтику», «Этические проблемы современной науки», «Философия биомедицинских исследований» и др. Стиль биоэтики как науки особого типа, в которой центральное положение занимают не фундаменталистские моральные или антропологические идеи, а идея прав человека, не установка на убеждение в своем единственно «истинном» понимании, а поиск согласия, компромисса, возможности цивилизованного сотрудничества ученых естественников и гуманитариев, поначалу вызывал неприятие и непонимание в философской и научной среде. Сам термин «биоэтика» не воспринимался, приходилось постоянно разъяснять его значение. Теперь ситуация изменилась. Несмотря на общую тенденцию сокращения объема гуманитарного образования в медицинских вузах, биоэтика остается его краеугольным, системообразующим аспектом.

Основные направления работы сектора биоэтики Института человека РАН были заслушаны и одобрены Общим собранием Отделения философии, социологии, психологии и права РАН в декабре 1993 г. Доклад на тему «Биоэтика в России: проблемы и перспективы» сделал Б.Г. Юдин. Отделение констатировало необходимость налаживания в России процедур и механизмов этического контроля при проведении экспериментов на человеке и животных, подготовки в высшей школе специалистов по медицинскому праву и этическим проблемам биомедицины.

Сектор биоэтики был одним из наиболее активных подразделений Института человека. Сектор стал проводить исследования по таким проблемам, как информированное согласие, этические проблемы экспериментирования на животных, этические аспекты новых технологий деторождения. Совместно с Российским национальным комитетом по биоэтике велись исследования социально-этических проблем, возникающих в ходе реализации проекта «Геном человека». В организованной в 1993 г. конференции по этике научных исследований принимал участие сопредседатель Российского национального комитета по биоэтике А.А. Баев. Была разработана учебная программа курса биоэтики. На философском факультете МГУ Б.Г. Юдин продолжал читать курс биоэтики. Сотрудники сектора участвовали в разработке законодательных актов и нормативных документов, выступали в качестве консультантов при решении вопросов о присоединении России к международным конвенциям. Очень интенсивно развивались международные контакты по биоэтике. Сотрудники сектора участвовали в нескольких конференциях биоэтических комитетов европейских стран. По мысли Б.Г. Юдина, современная биоэтика может рассматриваться как образец упреждающего реагирования человека на те возможные опасности, которые несёт с собой научно-технический прогресс. Такое реагирование призвано осуществлять гуманистический контроль над развитием новых технологий, который был бы направлен на выявление их возможных негативных последствий для человека.

В секторе биоэтики изучались этические и правовые аспекты современной генетики человека, новых технологий деторождения (искусственное осеменение, оплодотворение invitro, суррогатное материнство), трансплантации органов и тканей человека, эвтаназии, защиты прав пациента и испытуемого в биомедицинских экспериментах, контроля при проведении экспериментов на животных, клонирования, массовой вакцинации населения, в особенности, детей, социально-этические проблемы перехода к страховой медицинеxxxv.

Были составлены базы данных на исследовательские структуры и специалистов по биоэтике, а также – учреждений и специалистов, нарушающих нормы биомедицинской этики.

Совместно с Российским национальным комитетом по биоэтике велись исследования социально-этических проблем, возникающих в ходе реализации проекта «Геном человека». Проводились совместные исследования проблем этико-правового регулирования в области генной инженерии человека с Центром «Биоинженерия» РАН.

Институтом человека проводились научно-практические конференции по проблемам биоэтики, в частности: «Биоэтика и социальные последствия биомедицинских исследований» (1992), «Смерть и умирание: опыт междисциплинарного анализа» (1993), «Этический контроль биомедицинских исследований: научный и практический аспекты» (1994), и др. На конференцию, посвящённую проблемам смерти и умирания И.Т. Фролов пригласил академика РАМН В.А. Неговского, известных философов, медиков, специалистов в области биоэтики .

В институтских научно-теоретических семинарах по биоэтике периодически принимали участие зарубежные специалисты.

Сотрудниками сектора были разработаны и читались учебные курсы по биоэтике для медицинских и философских специальностей вузов. Курс биоэтики на философском факультете МГУ многие годы читает Б.Г. Юдин.

Были выпущены коллективные монографии «Биоэтика: принципы, правила, проблемы» (М., 1993), «Биомедицинская этика» (М., 1997), сборник материалов научно-практической конференции «Этический контроль биомедицинских исследований: научный и практический аспекты» (М., 1994), сборник документов и аналитических материалов «Этико-правовые аспекты проекта “Геном человека”» (М., 1998), учебное пособие «Введение в биоэтику» (М., 1999).

В статье 1997 года, посвящённой истории русской евгеники, И.Т. Фролов вновь поставил проблему допустимости ограничения свободы выбора личности при производстве потомства. Возможность вмешательства в человеческую природу И.Т. Фролов отнёс к отдалённому будущему, заявив: «И я готов ещё раз повторить, что в современных условиях, когда мир полон глубочайших социальных противоречий, когда реальна угроза тоталитаризма и диктатуры, а, значит, бесконтрольной манипуляции наследственностью человека, евгенические проекты могут сыграть, как это уже было в прошлом, весьма реакционную роль»xxxvi.

В совместной с В.Г. Борзенковым статье 1998 года по комплексному изучению человека, И.Т. Фролов подчеркнул регулятивное значение принципов гуманизма как в современном научном познании человека, так и в медицинских и биотехнологических экспериментах, в том числе, связанных с клонированием. В качестве важной была обозначена задача выявления и восполнения пробелов в российском законодательстве, которое отстаёт от современной ситуации с клонированием. Общая позиция И.Т. Фролова в отношении этики науки и биоэтики была афористически обозначена следующим образом: «Прогресс науки остановить нельзя, но неразумно подстёгивать его в опасных для человека направлениях»xxxvii.

10 апреля 1998 г. на заседании бюро Отделения философии, социологии, психологии и права РАН, в ходе которого обсуждался доклад А.С. Спирина «Современная биология и биологическая безопасность», И.Т. Фролов имел основания сказать: «Ещё недавно мы сталкивались с негативным отношением к обсуждению этических проблем биологизации производства, и только постепенная работа привела к тому, что стали всё это осознавать. Но сейчас наступил действительно новый этап. Здесь присутствуют коллеги, которые в начале 1960-х годов дико хохотали, когда я говорил, что грядёт новый этап биологизации производства. Это вызывало большое “ржание”. А сейчас А.С. Спирин обозначил в своём докладе, что биотехнология становится основной технологией в современном производстве, и что эта технология очень многого требует для своей реализации, в том числе и в человеческом, этическом плане».

Учёные Института человека РАН принимали участие во многих проходивших за рубежом научных конгрессах и конференциях. В Институте человека РАН неоднократно выступали с научными докладами зарубежные исследователи.

В июне 1991 г. в ходе конференции по биоэтическим аспектам проекта «Геном человека» в Вашингтоне между Б.Г. Юдиным и руководителями Норвежского национального комитета по медицинской этике была достигнута договорённость об участии российской делегации в международной конференции по медицинской этике в Осло в сентябре 1992 г. 6 марта 1992 г. И.Т. Фролов встретился в Москве с председателем Норвежского национального комитета по медицинской этике Я. Офстадом и учёным секретарём Комитета Я.Х. Сольбакком и обсудил вопросы сотрудничества в области биоэтики и формы участия российских учёных в конференции в Осло. Сотрудники Института человека РАН приняли участие в конференции, прошедшей в Осло 25-27 сентября 1992 г.

И.Т. Фролов развивал сотрудничество с Парижским Домом наук о человеке, касавшееся совместного участия в исследовательских проектах в рамках общеевропейских программ и поддержки совместных и международных проектов перед государственными структурами. Для переговоров по этим вопросам И.Т. Фролов выезжал в мае 1992 г. в Париж, где встречался с директором Парижского Дома наук о человеке К. Эллером. По возвращении в Москву И.Т. Фролов выслал К. Эллеру конкретные предложения по сотрудничеству, включающие создание международной группы для подготовки пособий по биоэтике и вопросы приобретения литературы по биоэтике для Института человека РАН. В феврале 1993 г. И.Т. Фролов обсуждал с атташе посольства Франции в РФ перспективы сотрудничества в области биоэтики. 19 марта 1998 г. референт Парижского Дома наук о человеке С. Кальпар по поручению нового директора Дома М. Эмара пригласила И.Т. Фролова во Францию. В мае 1998 г. И.Т. Фролов посетил Париж. Он встретился с М. Эмаром. Была составлена интенсивная программа пребывания, встречи в ряде министерств и ведомств. И.Т. Фролов нашёл поддержку по развитию контактов по биоэтике и этике науки.

В апреле 1993 г. И.Т. Фролов побывал в Калифорнии (США). Он посетил городок Асиломар, где был принят известный мораторий на ряд генетических экспериментов, который И.Т. Фролов высоко ценил как первый акт этического самосознания генетиков. В Калифорнии И.Т. Фролов прочитал несколько лекций в Стэнфордском университете, университетах в Беркли, Лос-Анджелесе и Санта Кларе. В частности, в Стэнфордском университете 13 апреля 1993 г. он прочитал лекцию на тему "Наука и ограничения".

Когда в 1996 г. готовился проект Соглашения о научном сотрудничестве между РАН и Государственной академией наук КНДР, И.Т. Фролов внёс 5 декабря 1996 г. предложение включить в текст положения о сотрудничестве по проблемам биоэтики и человеческого потенциала и по обсуждению проблем человека. В ноябре 1997 г. И.Т. Фролов обменивался посланиями с профессорами Академии наук чучхе КНДР Ан Хен Чхером и Мун Сан Чжу относительно сотрудничества в области биоэтики и методологии науки о человеке.

В начале 2000-х гг. Институт человека посетила делегация Академии наук Вьетнама. Произошёл обмен мнениями по вопросам сотрудничества в области биоэтики и комплексного изучения человека.

Ещё одной стороной работы сектора биоэтики Института человека РАН являлась гуманитарная экспертиза. Осуществлялся выход на практическое консультирование государственных и иных структур, экспертную оценку различных проектов, затрагивающих природу и возможности человека.

Учёными Института была проведена экспертиза проекта Доклада Программы развития ООН о человеческом потенциале РФ, отечественных законопроектов и международных нормативных документов Совета Европы в области здравоохранения и биомедицинских исследований. Готовились информационные материалы и научные доклады для правительственных органов, в частности аналитический доклад для Совета Безопасности РФ «Человеческий потенциал России и его взаимосвязь с безопасностью страны» (1995 г.).

В Институте человека при руководящем участи Б.Г. Юдина впервые был разработан проект «Человеческий потенциал России». Концепция проекта исходит из того, что человеческий потенциал не сводится к материальному благополучию человека, важны также качество здоровья, возможности реализации интересов, защищенность прав, обеспеченность возможностей самореализации. Эта концепция позволяет вычленить среди множества воздействий, которые испытывает человек, как те, которые способствуют развитию и реализации его возможностей, так и те, которые являются для него факторами риска. Развитый в исследовании подход позволил установить в качестве одной из целей гуманитарной экспертизы определение и оценку потенциальных и актуальных факторов риска тех или иных воздействий для человека, а также поиск возможных корректирующих действий. Результаты первого этапа исследований представлены в книге «Человеческий потенциал: опыт комплексного подхода» (М., 1999). Исследования человеческого потенциала России были продолжены в отделе комплексных проблем изучения человека Института философии РАН. В 2007 г. под редакцией Б.Г. Юдина вышла коллективная монография «Человеческий потенциал как критический ресурс России». В 2009 году вышла монография Б.Г. Юдина и Г.Б. Степановой «Здоровье человека: факт, норма, ценность».

 

Сектор гуманитарных экспертиз и биоэтики Института философии РАН

 

С 1 января 2005 г. Институт человека РАН был присоединён к Институту философии РАН на правах отдела комплексных проблем изучения человека. Отдел возглавил Б.Г. Юдин, сектор гуманитарных экспертиз и биоэтики доктор философских наук П.Д. Тищенко.

Активно ведётся издательская деятельность сектора. В 2008 г. начался ежегодный выпуск сборника трудов сектора «Гуманитарная экспертиза и биоэтика» (ответственный редактор Ф.Г. Майленова). Всего вышло восемь выпусков сборника. С 2006 г. регулярно издаются «Рабочие тетради по биоэтике» (ответственный редактор П.Д. Тищенко). Создан сайт «Биоэтика» (модератор Р.Р. Белялетдинов).

С 2008 по 2012 гг. Б.Г. Юдин возглавлял проект ЮНЕСКО «Биоэтика для журналистов», в котором активную роль играли П.Д. Тищенко и Р.Р. Белялетдинов. В рамках проекта были выпущены четыре брошюры для журналистов по проблемам биоэтики (в том числе одна на английском языке), проведены семинары-тренинги в Барнауле, Казани, Минске, Кишиневе, Ереване и Москве. Подготовлен Интернет-ресурс «Биоэтика для журналистов» на русском и английском языке, размещенный на сайте ЮНЕСКО. Внимание к проблемам отношений биоэтики и СМИ неслучайно. Биоэтика нуждается в СМИ как форуме гражданского диалога по проблемам прав человека и биомедицины. Однако деятельность СМИ может нести угрозу моральному благополучию отдельных граждан и социальных групп (например, инвалидов, ВИЧ-инфицированных и др.). На встречах и в публикациях подчеркивалась идея ответственности журналистов как социальных партнеров ученых, философов и врачей в решении сложнейших моральных проблем научно-технического прогресса в биомедицине.

Как ведущий представитель российской биоэтики Б.Г. Юдин выступил организатором проведённой под эгидой ЮНЕСКО конференции «Социальная справедливость в здравоохранении: биоэтика и права человека» (2006), возглавил подготовку аналитического доклада «Анализ нормативно-правовой базы в области прав человека в контексте биомедицинских исследований» (2007) и разработку законопроекта «О биомедицинских исследованиях» (2007).

С 2003 г. сектор сотрудничает с Московским гуманитарным университетом. В Институте фундаментальных и прикладных исследований МосГУ им был создан Центр биоэтики. Совместно с Вал. А. Луковым, Вл. А. Луковым, Н.В. Захаровым и др. в Институте фундаментальных и прикладных исследований МосГУ было реализовано несколько проектов по гуманитарным проблемам биологии и медицины по грантам РГНФ, РФФИ, ЮНЕСКО.

Сектор ведет большую международную работу в области биоэтики. С 1998 г. Б.Г. Юдин является экспертом от РФ, а с 2000 г. по 2004 г был членом бюро Комитета по биоэтике (до 2011 г. – Руководящий комитет по биоэтике) Совета Европы. С его участием были разработаны и приняты протоколы, регламентирующие использование достижений генетики в медицине, проведение научных исследований на человеке, пересадку органов и др. С 1999 г. по 2007 г. Б.Г. Юдин был членом Совета директоров Международной ассоциации биоэтики. Он участвует в организации и выступает с докладами на Всемирных биоэтических конгрессах. Ему поручена организационная работа по подготовке секции биоэтики на Всемирном философском конгрессе 2013 г. в Афинах. В качестве разработчика он участвовал в подготовке «Модельного закона о защите прав и достоинства человека в биомедицинских исследованиях в государствах-участниках СНГ», который был одобрен Ассамблеей СНГ в 2005 г. В 2007 г. он выступил одним из авторов книги «Этическая экспертиза биомедицинских исследований в странах СНГ (социальные и культурные аспекты)», вышедшей на русском и английском языках. Как эксперт ЮНЕСКО он привлекался к разработке проекта Всеобщей декларации ЮНЕСКО «О биоэтике и правах человека» (2005). В 2011 г. совместно с Р.Г. Апресяном и О.И. Кубарь он участвовал в подготовке проекта Декларации государств-участников СНГ «Об этических принципах научной деятельности», которая в 2012 г. была принята Межпарламентской Ассамблеей государств-участников.

Сектор принимает активное участие в развитии биоэтического образования. Под редакцией Б.Г. Юдина был разработан ряд образовательных программ, подготовлено фундаментальное руководство «Введение в биоэтику» (1998), до сих пор являющееся одним из наиболее популярных учебных пособий по биоэтике. Совместно с Р.Г. Апресяном Б.Г. Юдин участвовал в разработке Базовой учебной программы ЮНЕСКО по биоэтике (русское издание 2010 г.). С 1991 года Б.Г. Юдин регулярно читает в различных московских вузах курсы «Введение в биоэтику», «Этические проблемы современной науки», «Философия биомедицинских исследований» и др. Стиль биоэтики как науки особого типа, в которой центральное положение занимают не фундаменталистские моральные или антропологические идеи, а идея прав человека, не установка на убеждение в своем единственно «истинном» понимании, а поиск согласия, компромисса, возможности цивилизованного сотрудничества ученых естественников и гуманитариев, поначалу вызывал неприятие и непонимание в философской и научной среде. Сам термин «биоэтика» не воспринимался, приходилось постоянно разъяснять его значение. Теперь ситуация изменилась. Несмотря на общую тенденцию сокращения объема гуманитарного образования в медицинских вузах, биоэтика остается его краеугольным, системообразующим аспектом.

В последние годы в поле изучение сотрудников сектора вошли проблемы биотехнологического конструирования человека и проблема добросовестной науки. Проблема конструирования человека может считаться одной из традиционных проблем для Института человека РАН. Вместе с тем она приобрела особую актуальность в связи с новейшими достижениями в области биотехнологий и информационных технологий. Возникли трансгуманитстические прожекты тотального преобразования природы человека, обеспечения его бессмертия… Б.Г. Юдин опубликовал серию исследований по данной тематике, среди которых следует отметить статьи «Чтоб сказку сделать былью?» (Конструирование человека) (2006), «От утопии к науке: конструирование человека» (2007), «Человек на чипе: этические проблемы» (2012). Б.Г. Юдин в 2008-2011 гг. был одним из организаторов и основных докладчиков четырех всероссийских конференций с международным участием по данной тематике, проводившихся Томским государственным педагогическим университетом (руководитель И.В. Мелик-Гайказян). Тема конструирования человека неоднократно обсуждалась на страницах журнала «Человек». Концепция технологического детерминизма, утверждающая, что если нечто изобретено – оно обязательно должно и фактически будет воплощено в жизнь, неверна. У человека и общества есть возможности для того, чтобы от чего-то отказываться и что-то выбирать. И сама возможность гуманитарной экспертизы связана с неприятием доктрины технологического детерминизма. Мы можем предвидеть, какие технологии могут быть для человечества неприемлемы, а потому и не следует продолжать исследования в этом направлении, какие технологии обладают вместе и позитивными сторонами, и негативными. Мы должны заранее подумывать возможные негативные стороны воздействия технологий и, соответственно, – выявлять позитивные свойства этих технологий, которые очень часто на лабораторном уровне разработки могут быть неизвестны самим создателям.

Особую актуальность в современной науке приобрели проблемы честности и добросовестности научных исследований. На протяжении последних трех столетий считалось, что наука является самокорректирующейся системой. Б.Г. Юдиным проводятся исследования нарушений этики науки в виде плагиата, фальсификации и фабрикации научных знаний, результаты которых представлены в таких публикациях как «Проблема честности в научных исследованиях» (2010), «Измерение научной продуктивности и добросовестность в исследованиях» (2012). Он принимает активное участие во Всемирных конференциях по добросовестности в исследованиях.

Сектор проводит исследования в области гуманитарной экспертизы. Совместно с Вал. А. Луковым Б.Г. Юдин опубликовал работу «Гуманитарная экспертиза. К обоснованию исследовательского проекта» (2006). С точки зрения Б.Г. Юдина, необходимость в разработке технологий гуманитарной экспертизы возникает вследствие того, что современное научно-техническое развитие все в большей мере сориентировано на человека, при этом – на отдельного и в то же время массового человека. Технологии, которые прежде входили в жизнь общества, были в значительной мере крупномасштабными и несопоставимыми с масштабами жизнедеятельности отдельного человека. Однако в последней трети XX века начинается переориентация научно-технического прогресса на нужды, интересы и ценности отдельных людей. Прежде всего в подобного рода перефокусировке целей научно-технического прогресса активны биомедицинские, информационные и коммуникационные технологии, воздействующих непосредственно на человека, на его биологические и социально-психологические характеристики.

В 2016 г. Б.Г. Юдин выступил с докладом «Философия как экспертиза» на заседании Учёного совета Института философии РАН. 9 июня 2016 г. Б.Г. Юдин и М.А. Пронин приняли участие в диалоге на тему «Философия как экспертиза» в рамках цикла «Реплики», проводимого под руководством зам. директора Института философии РАН Ю.В. Синеокой в Московской библиотеке им. Достоевского.

9 октября 2015 г. в рамках 7-го Российского философского конгресса в Уфе сектором был организован симпозиум «Новые технологии и проблема совершенствования человека: памяти академика И.Т. Фролова». Вёл симпозиум зав. сектором ИФ РАН П.Д. Тищенко.

Постановка проблемы совершенствования человека в свете новых технологий вызвала большой интерес и на самом Конгрессе. На симпозиум пришли и те, кто был зарегистрирован на других секциях и симпозиумах. На заседании присутствовало около 50 человек.

Открыл симпозиум член-корр. РАН Б.Г. Юдин. Он сказал, что в современной литературе немало внимания уделяется вопросам использования биомедицинских технологий в целях усовершенствования отдельных характеристик и способностей человека. В этой связи возникает вопрос: в какой мере идёт речь о совершенствовании человека, и в какой – о выходе за пределы того, что мы можем считать присущим человеку. Б.Г. Юдин заметил, что «постчеловек» или «трансчеловек» уже «поселился» в нашем мире постольку, поскольку он включён ныне в дискурс о человеке и его совершенствовании. Б.Г. Юдин высказался в пользу термина «улучшение человека», который в отличие от термина «совершенствование» не предполагает некоего идеального образца, к которому нужно стремиться. Акцент здесь делается на процессуальной стороне вопроса. В качестве примера когнитивного улучшения он назвал применение препарата риталин в сфере образования.

С докладом о философской концепции И.Т. Фролова выступил С.Н. Корсаков. Человеку, который в ходе глобальной деятельности порождает глобальные проблемы адекватно познание, включающее комплекс наук, по отношению к которому философия выполняет методологическую и мировоззренческую функции. Философия обеспечивает координацию, взаимодействие методов и влияет на направленность исследований. Вместе с тем, философия осуществляет этический контроль исследований посредством гуманистических регулятивов на всех стадиях: постановки проблемы, выбора средств, оценки полученных результатов. В этом заключаются теоретические основания гуманитарной экспертизы. Докладчик отметил опасности, которые могут возникнуть при спекулировании новыми технологиями «улучшения» человеческой природы в социально разделённом обществе.

Ряд докладов был посвящён вопросам биоэтики. Р.Р. Белялетдинов выдвинул тезис, что философские и этические дискуссии стали сегодня гуманитарной средой развития биотехнологий. Е.Г. Гребенщикова рассказала об использовании информационных и коммуникационных технологий в здравоохранении, о том, какие в этой сфере применяются этические принципы. С.Ю. Шевченко отметил, что в рамках биотехнологий особое значение приобретает проблема естественного, в особенности, когда лечение попутно приводит к физиологическому усовершенствованию. М. Кожевникова остановилась на этических проблемах возможного скрещивания человека и других живых существ, рассказала об исторических прообразах и возможных перспективах гибридизации и химеризации человека. С.В. Тихонова (Саратов) сжато и чётко изложила существо основных этапов эволюции идеологии трансгуманизма. Современная стадия развития этой идеологии базируется на презумпции безопасности технологий. Другим краеугольным камнем трансгуманизма является акцентировка права человека свободно распоряжаться своим телом. Невольно возникают вопросы о том, почему нужно столь доверять технологиям и как примирить права на своё тело с ответственностью за будущее рода человеческого. Вопрос о трансгуманизме выводит нас на проблематику судьбы человека и человечества. На этом аспекте специально остановилась Е.З. Бахтиярова (Томск). Если раньше судьба понималась индивидуализированно, то теперь тревога за судьбу человечества приводит оппонентов трансгуманизма к постановке вопроса об общей судьбе всего человечества.

В ряде докладов были подняты социально-этические проблемы применения новых технологий. В.В. Назинцев (Воронеж) говорил о феномене техноценозов: современная семья «разрастается» за счёт «маленьких ценозиков», в которых отдельные члены семьи общаются с виртуальными собеседниками из социальных сетей, с персонажами компьютерных игр. Виртуальное общение оказывается притягательнее реального. Проблематику виртуалистики продолжил в своём докладе М.А. Пронин. Он рассказал, как концепт «виртуальный человек» был востребован при решении практических проблем по предотвращению техногенных критических ситуаций, вызываемых «человеческим фактором». М.А. Пронин представил собравшимся свою новую книгу «Виртуалистика в Институте человека РАН».

С 2017 г. сектором гуманитарных экспертиз и биоэтики заведует кандидат философских наук О.В. Попова.

21-22 марта 2017 г. сектор совместно с философским факультетом МГУ провёл II ежегодную встречу ведущих специалистов по обсуждению проблем современной биоэтики на тему «Этика за пределами антропоцентризма». В качестве центральных тем для рассмотрения были предложены проблемы смены и преемственности парадигм биоэтических исследований от антропоцентризма к био- и экоцентризму, этических проблемы экспериментальных исследований в области биологии и медицины, трансформации гуманизма в поле современных медицинских и биоисследований, этические аспекты отношений человека и животных и ряд других. Обсуждение велось в формате «круглого стола», где были заслушаны доклады ведущих отечественных специалистов в области биоэтики из Москвы и Санкт-Петербурга.

 

 

Примечания

 

i ФроловИ.Т. Жизньипознание // Philosophers on Their Own Work. Bern - Frankfurt am Main - Nancy - New York, 1984. С. 37.

ii Фролов И.Т. Ответственность учёного перед обществом: социально-этические аспекты генной инженерии // Вопросы истории естествознания и техники. 1980. № 4. С. 81.

iii Фролов И.Т., Юдин Б.Г. Этика науки. М., 1986. С. 64.

iv Фролов И.Т. О диалектике и этике биологического познания // Вопросы философии. 1978. № 7. С. 41.

v Фролов И.Т. Социология и этика познания жизни и человека // Природа. 1982. № 9. С. 30.

vi Фролов И.Т. Социология и этика познания жизни и человека // Природа. 1982. № 9. С. 30.

vii Фролов И.Т. От теории - к практике и новой теории // Вопросы философии. 1992. № 10. С. 5.

viii Лекторский В.А. Иван Тимофеевич Фролов и отечественная философия 60-90-х годов XX столетия // Академик Иван Тимофеевич Фролов. Очерки, воспоминания, избранные статьи. М., 2001. С. 5.

ix Фролов И.Т. Современная наука и гуманизм // Вопросы философии. 1973. № 3. С. 14; его же: Прогресс науки и будущее человека. М., 1975. С. 172.

x Фролов И.Т. Социально-этические проблемы генетической инженерии // Природа. 1976. № 1. С. 27.

xi Фролов И.Т. Перспективы человека // Вопросы философии. 1975. № 6. С. 87.

xii Фролов И.Т. Перспективы человека // Вопросы философии. 1975. № 6. С. 88, 87.

xiii Человек. 1999. № 6. С. 12-13.

xiv Фролов И.Т. Социально-этические проблемы генетической инженерии // Природа. 1976. № 1. С. 28.

xv Диалектический материализм и современная наука. Прага, 1978. С. 117.

xvi Фролов И.Т. Влияние Ч. Дарвина на современную концепцию биологического познания // VIII Kuhlungsborner Kolloquium. 1982. С. 219-231.

xvii Фролов И.Т. О диалектике и этике биологического познания. 1978. № 7. С. 42.

xviii Фролов И.Т. Современная наука и гуманизм // Вопросы философии. 1973. № 3. С. 5.

xix Фролов И.Т. Современная наука и гуманизм // Вопросы философии. 1973. № 3. С. 14-15.

xx Там же. С. 13.

xxi Фролов И.Т. Социально-этические и гуманистические проблемы современной науки // Диалектика в науках о природе и человеке. Человек, общество и природа в век НТР. М., 1983. С. 149.

xxii Там же. С. 155-156.

xxiii Фролов И.Т. Социально-философские проблемы экологии // Информационный бюллетень центра общественной информации Межведомственного совета по информации и связям с общественностью в области атомной энергетики. - М., 1989. - № 17. - С. 4-8.

xxiv Фролов И.Т., Юдин Б.Г. Этика науки: сфера исследования, проблемы и дискуссии // Вопросы философии. 1985. № 2. С. 62.

xxv Фролов И.Т., Юдин Б.Г. Этика науки: сфера исследования, проблемы и дискуссии // Вопросы философии. 1985. № 2. С. 65.

xxvi Фролов И.Т., Юдин Б.Г. Этика науки. М., 1986. С. 282.

xxvii Стёпин В.С. Разработка социально-этических проблем науки // Коммунист. 1988. № 2. С. 126.

xxviii Nature. Vol. 350. 11 April 1991. P. 527; см. также: За рубежом. 1991. № 30. С. 21-22.

xxix Фролов И.Т. О науке // Академик Иван Тимофеевич Фролов. Очерки. Воспоминания. Избранные статьи. М., 2001. С. 45-46.

xxx Фролов И.Т. От теории - к практике и новой теории // Вопросы философии. 1992. № 10. С 5.

xxxi Фролов И.Т. Философские и социальные проблемы науки и техники // Вестник АН СССР. 1988. № 8. С. 20.

xxxii Человек. 1993. № 2. С. 175; Поиск. 1993. 12-18 февраля.

xxxiii Человек. 1999. № 6. С. 11-14, 24.

xxxiv Петров Р.В. Философия. Генетика. Человек // Академик Иван Тимофеевич Фролов. Очерки. Воспоминания. Избранные статьи. М., 2001. С. 177.

xxxv Сектор биоэтики // Институт человека. М., 1994. С. 7-8.

xxxvi Фролов И.Т. Начало пути (Критические заметки о неоевгенике) // Человек. 1997. № 1. С. 37.

xxxvii В.Г. Борзенков, И.Т. Фролов Познание человека: комплексный подход. Гуманистические (этико-правовые) регулятивы // Свободная мысль. 1998. № 5. С. 113-114.